Подошедшая к зеркалу Микела, держа в руке коробочку румян, сердито шипит и одёргивает мой лиф обратно вниз:

Не порти фасон!

Займись собой, Микел! обрываю её раздражённо и шагаю в сторону, освобождая пространство перед зеркалом для подруги.

И займусь, Микела тут же переключается на своё отражение, ловко работая пуховкой.

В приготовлениях к празднику время летит незаметно, и вот уже вечер.

Когда за окном стремительно темнеет, мы при полном параде выходим из комнаты.

Знала бы я, чем закончится этот вечер предпочла бы сказаться больной и остаться в постели.

16. Зимний бал

Лианда.

На Микеле алое шёлковое платье в пол. Её волосы уложены на одну сторону и скреплены блестящей заколкой в виде сердечка.

У лестницы нас дожидаются Берил и Сетмит. Жених Микелы высокий темноволосый брюнет в чёрном костюме с иголочки, каштановыми волосами до плеч и с серьёзным лицом. На Сетмите тёмно-синий элегантный камзол с белоснежным шёлковым шейным платком. Длинные светлые волосы уложены назад.

Руки парней убраны в карманы. Они стоят на расстоянии друг от друга и о чём-то лениво переговариваются в ожидании нас.

Берил спокоен и невозмутим. Он именно такой, каким его всегда описывает Микела. До сегодняшнего вечера я видела его всего пару раз.

По мере нашего приближения разговор стихает. Губы Сетмита растягиваются в плотоядной улыбке. Мне снова не по себе от его раздевающего взгляда.

Берил подносит руку Микелы к лицу, но даже не касается её губами, в то время как Сетмит жадно слюнявит мою и с придыханием произносит:

Крошка! Ты выглядишь потрясающе.

Спасибо, стараюсь не встречаться с ним взглядами.

Сказать, что мне неловко ничего не сказать, но не спасаться же бегством сейчас? Обмениваемся друг с другом приветствиями. Берил предлагает руку притихшей Микеле.

Вздыхаю и устраиваю свою руку на согнутой в локте руке Сетмита. До моих ноздрей долетает лёгкий флёр алкоголя: он что, уже выпил? Или мне кажется? Помимо этого в нос бьёт резкий запах мужских духов. Или кто-то переборщил с парфюмом, или у меня непереносимость этого парня и всего, что с ним связано.

Вслед за парой Микелы и Берила выходим на лестницу, по которой в сторону Большого зала уже тянется вереница адептов.

Веду ладонью по гладким прохладным перилам, ступая на гранитную твёрдость ступеней. Стук моих каблучков вливается в нестройное цоканье каблуков множества девушек.

Они прекрасны, одна другой краше: в персиковых, кремовых, алых платьях. Парни все как один, серьёзные и преисполненные чувства собственной важности.

Торжественность грядущего вечера я ощущаю уже сейчас.

Звук каблуков по лестнице нарушает тихий шелест разговоров.

Дёргаюсь, когда Сетмит склоняется к моему уху, но он не даёт отстраниться.