- Момент был подобран удачный, - рассуждает Анатолий Константинович с ожесточением в голосе. – Все тогда были заняты похоронами, а вы слишком напуганы.

- Мы навестили Белова, - произносит Матвей тихо. – Не дрожи так, как я тебе и говорил, никакой записи не существует.

Прикрыв глаза, чувствую, как краснею и одновременно камень, который два года висел на сердце, разлетается вдребезги. Слезы в знак освобождения опять катятся по щекам.

- Но я ведь сама видела, - возражаю.

- Камеры в танцевальной школе были установлены только в коридорах. Я не знаю, что ты там видела, но тебя одурачили, Вика, - продолжает Матвей сухо. – Предполагаю, что люди Белова могли разыскать видеозапись, на которой мы с тобой выходим из раздевалки в тот вечер. Но что мы там делали – никто в точности знать не может.

Анатолий Константинович тактично кашляет.

- Вы вчера столкнулись на пороге медицинского центра. По всей видимости, твой счастливый вид Нику взбесил и она закатила отцу очередную истерику.

- Поэтому мне позвонили с новыми угрозами? – спрашиваю, округляя глаза. – Потому что просто кто-то закатил истерику?!

Матвей пожимает плечами. Отворачивается.

- Не переживайте Вика, - говорит отец. – Не последние люди в городе, найдем как наказать ваших обидчиков. Белов защищал дочь, но свою… - голос мужчины ломается, - семью я тоже оскорблять не позволю. Мы еще посмотрим кто кого.

Рука, лежащая на моей талии, напрягается, становится грузной, а от Матвея исходит такая лютая агрессия, что приходится зажмурить глаза. Я тоже мечтаю, чтобы все получили по заслугам, но не ценой здоровья или свободы моего любимого мужчины."

"- В конце концов, это я оказалась дурой, - тихо признаюсь. – Если бы я не поддалась на их манипуляции…

- Не вините себя, Вика. Вы ни в чем не виноваты. С вами работал профессионал, опытный бывший военный психолог. Это просто глупое стечение обстоятельств, которое вот так отразилось на ваших жизнях.Прикрываю глаза. Просто стечение обстоятельств и два самых ужасных года в наших жизнях. Слава богу, всё давно позади.

Вскоре Анатолий Константинович откланивается, а Матвей отправляется его провожать. Когда возвращается, не проронив ни слова, проходит к окну.

- Злишься на меня? – спрашиваю шепотом, крепко обнимая сзади за талию.

- Пздц как, - произносит Матвей. – Ты понимаешь, что мы могли бы никогда не встретиться больше? И всё это из-за того, что ты струсила. Из-за какой-то видеозаписи, которой никогда не было.

- Дело не только в этом. Хотя буду честна, видео, на котором я занимаюсь сексом с тренером по танцам, будучи замужем - это не то, о чем я мечтала, - возражаю. – Они угрожали мне, Матвей. Называли имена Марка, Леши, мамы. Я действительно испугалась. Услышь.