Она явно говорила чужими взрослыми словами, отчего у меня защемило сердце.

К горлу подступил тяжёлый ком.

– Давай-ка я отведу тебя домой, к папе.

– Не надо к папе! – испугалась девчушка. – Сейчас – не надо к папе! Он там с ярыжками кабацкими. Их прогнать никак невозможно. Как ярыжки уйдут – тогда можно.

Звучит еще ужаснее.

– А как тебя зовут?

– Миша, – застенчиво улыбнулась девочка.

Прямо как будто солнышко выглянуло.

С помощью осторожных наводящих вопросов я выяснила, грустную историю Миши.

Оказалось, родная мама Мишель умерла давным-давно. Спустя какое-то время ее отец женился на другой – симпатичной хозяйке ближайшей пекарни по имени Паулита.

Но она не стала злой мачехой – наоборот, нашла с Мишей общий язык. Девочка очень ее полюбила и даже звала мамой. Увы, девушка оказалась вертихвосткой и сбежала с любовником.

Тем более, в пекарне дела пошли из рук вон плохо – долги, налоги...

Отец Миши стал топить горе в вине, из-за чего магический дар покинул его. Оказывается, в этом мире магия могла оставить человека из-за затяжной депрессии и злоупотребления спиртным.

Так папа Миши потерял любимую работу и все, что у него было.

Осталась только пекарня, которая уже не приносила никакого дохода – ведь ей надо было заниматься.

А отец Миши печь совсем не умел и коммерческой жилкой не обладал.

Теперь он только и делал, что пил вместе с дружками прямо в этой самой пекарне. Частенько друзья оказывались очень буйными и громили помещение. Тогда соседи вызывали гвардию, которая в этом мире, как я поняла, была вместо полиции.

Бедняжка Миша целыми днями слонялась по улице.

А тут сборщик налогов, господин Барбароса потребовал подать.

Но умненькая девочка понимала, что сборщик вернется. И налог все равно надо будет заплатить – иначе гвардейцы вышвырнут их на улицу.

– Я постаралась испечь пирожки, как это делала мама… – грустно сказала Миша. – Я сильно-сильно старалась…

– И у тебя замечательно получилось! – подбодрила я (кстати, на вкус пирожок был не то, что на вид, а очень даже ничего – способности к кулинарии у малышки определенно были). – А знаешь что? Пойдем со мной! Поедим, а еще обязательно придумаем что-нибудь с этим мерзким сборщиком налогов!

Свой путь я держала в ресторан Сильвестра Лафайета с пафосным названием «Златой орел».

Во-первых, необходимо справиться у дедули о наследстве, оставшемся мне от погибших родителей.

А во-вторых, увидеть родственника и оценить его, так сказать, вживую.

В конце-то концов, я – дочь его горячо любимого сына, который погиб по воле несчастного случая. Правда, дед терпеть не мог мать Манон и даже считал, что она изменяла.