– Он говорит это уже десятый день! – всплескивает руками Ангелина, продолжая обращаться к окну, за которым стремительно темнеет. – Кормит завтраками! Сколько можно?

– Он не виноват, что лихорадка оказалась такой сильной. Как выздоровеет – так сразу приедет.

– Бесит, – шипит Ангелина и прислоняется лбом к оконному стеклу.

За спиной снова открывается дверь:

– Так, так, – слышу голос племянника и его бодрые шаги. – Семейная идиллия! Элира, – кивает жене, затем спине Ангелины. – Леди Файерстоун.

Вот у кого всегда хорошее настроение, что бы ни случилось, то, что нужно сейчас, чтобы слегка понизить градус негатива.

– Как насчёт того, чтобы немного поработать, дядя? – улыбается до ушей и хлопает себя по кожаной папке под мышкой.

Сказать честно – никак. Всё настолько хорошо, что просто лень шевелиться.

– Что там у тебя? – спрашиваю без особого интереса.

– Чертежи завода по обработке металла, новые контракты и…

– Ты всё это смотрел?

– Конечно.

– Тогда подготовь финальные варианты на подпись и приезжай утром в понедельник. Пора делегировать тебе побольше дел. Со взрывом на шахте разобрался, как большой мальчик, ещё и без жертв, и тут разберёшься.

– Эээ… это точно ты, дядя? – Дарен озадаченно чешет затылок.

– Чаю? – киваю ему на свободное кресло.

– У вас опять эта синяя вода? Уже красная? – морщится он, заглядывая в наши с Элирой чашки. – Неа, не хочется. Вот конфетку можно.

Дарен выгребает из вазочки последнюю шоколадную конфету, затем пожимает плечами:

– Ну, не хотите, как хотите. Тогда я домой, меня там ждут, вообще-то!

Когда за племянником закрывается дверь, поворачиваюсь к жене. Нахожу её запястье, подношу к лицу и внимательно рассматриваю изящные тонкие пальчики, на один из которых надето кольцо.

Свет канделябров играет во множестве граней ларита – драгоценного камня из недавно открытого месторождения в процветающем Пимаре.

Разворачиваю руку Элиры и касаюсь губами её ладони.

– Щекотно, – смеётся она.

Занятые друг другом, мы совсем забываем про Ангелину. Элира первая замечает, что с той творится нечто странное.

Ангелина вдруг стонет и цепляется руками за подоконник до побелевших костяшек, практически вжимаясь лицом в оконное стекло, словно видит за окном призрака.

Элира высвобождается из объятий, и уже за одно это я чувствую скрытое раздражение к бывшей. Морщусь, словно от зубной боли, глядя в её напряжённую спину у окна. Ну, что там ещё?

– Ангелина? – встревоженно спрашивает жена. – Всё хорошо?

Элира встаёт с дивана, и делает было несколько шагов по направлению к окну, как вдруг Ангелина резко разворачивается вокруг себя и вихрем проносится прочь из комнаты.

Ричард и Рина испуганно жмутся друг к другу. Приходится тоже встать.