"

"Чего ждать? Пока не смогу сама встать с постели и буду ходить под себя как тётушка Соурха, дальняя родственница дяди, которая какое-то время жила у нас. Ну, как жила. Едва ли это можно назвать жизнью. Лежала в мансарде. Я тогда была ещё совсем маленькой, но очень хорошо запомнила спёртый запах мочи, экскрементов и гниения, а ещё её безразличные стеклянные глаза и жёлтую пергаментную кожу.

Мне ждать, чтобы стать такой же? Брррр! Ни за что!

Вспоминаю разговор с жрецом, который встречал меня.

– Что привело вас в Обитель, дитя? – прозрачно-серые глаза жреца в белой мантии смотрят скучающе.

Хм, какой-то совсем молодой. Сколько ему? Лет тридцать? Жрецы, которых мне доводилось видеть ранее, были намного старше.

– Я умираю, – отвечаю уверенно. – Магия возрождения убивает меня.

Отодвигаю ткань дорожного плаща и платья, показываю жрецу то, что осталось от моего рисунка. Хмурюсь, заметив в глазах мужчины непонимание.

– Вы ведь знаете про магию возрождения, не так ли? – уточняю у него с подозрением.

– Конечно-конечно! – отвечает поспешно и оскорблённо поджимает губы, всем своим видом показывая, насколько неуместны мои сомнения в его осведомлённости, и тут же добавляет. – Вас проводят в вашу комнату, выдадут одеяние и объяснят распорядок.

– Меня интересует драконье пламя! – выпаливаю я, наклоняясь вперёд и требовательно глядя на жреца.

– Ох, драконье пламя? – удивляется тот. – Вот так и сразу?

– Разумеется! За этим я здесь!

– Ну, дитя моё, не всё так быстро!

– А чего ждать? – шепчу горячо и подаюсь всем телом вперёд, буквально ложась грудью на стол.

Жрец пучит на меня глаза и вжимается в спинку кресла:

– Первым делом вас осмотрит целитель, если он подтвердит серьёзность недуга, только тогда вы подадите прошение Старейшинам! И только тогда…

– Отлично! – киваю с готовностью. – Где целитель и образец прошения?

– Эээ… нигде пока что! Старейшины в столице на великом съезде жрецов. А целитель наш в селение уехал, матушку навестить, – мужчина поднимается с кресла. – Не огорчайтесь так! Вот вернутся все через пару-тройку дней, тогда и пообщаетесь. Идёмте, вам покажут комнату.

И вот я здесь, стою перед окном в своей крохотной келье, и любуюсь, возможно, последним закатом в жизни.

Почему последним? Потому что ждать у меня нет ни времени, ни желания.

Смешливая разговорчивая послушница, которая объясняла мне распорядок дня и выдавала белую, как у всех остальных, мантию, рассказала, что столп драконьего пламени выходит из-под земли каждое утро на рассвете.

Где? Так во внутреннем дворике. Сейчас, когда начальство уехало, он закрыт. Ну, как закрыт – огорожен.

Что, и столп пламени не выйдет? Выйдет, конечно.