— Это всего лишь дождь, Дали, не надо так пугаться. Отпусти страх, и ты увидишь, как красива гроза в своём гневе.

Улыбнувшись, я снова взглянула на небо.

— Ты романтик, Калеб?!

— Только рядом с тобой, — он коснулся губами моих волос.

— Не прогонишь меня обратно в постель?

— Ты ведь не уйдёшь, — хмыкнул он.

— Нет, а ты правда хочешь этого?

— Сказал бы я, чего хочу, детка, да не место и не время.

Легонько проведя губами по его коже, прикрыла глаза от удовольствия.

— Даллия...

— Не могу я без тебя засыпать, — тихо выдохнув, я снова поцеловала. — Хочу быть рядом. Не прогоняй.

— Дали, — обхватив затылок, он, что голодный зверь, впился в губы, покусывая их и сминая. Его язык мягко вторгся в мой рот, прошёлся по зубам, нёбу и, коснувшись моего, сплёлся с ним, дразня и возбуждая на ответную игру.

Застонав, скинула с плеч мешающее одеяло и оседлала бёдра мужа.

— Такая сладкая, — прошептал он, притягивая меня ближе.

Ёрзая на огромном пульсирующем бугре, я вдруг осознала, что не желаю останавливаться. Пробежавшись пальчиками по его груди, обхватила шею и стянула кожаный ремешок, стягивающий волосы. Мягкие. Запустив в них пальцы, слегка дёрнула.

Калеб хрипло застонал и углубил поцелуй, сжимая мои бёдра. Через ткань его штанов я ощущала мощь желания своего мужчины. Отпустив всякое стеснение, скользила пальцами по его груди, животу, спине. Такой твёрдый везде, огромный, мощный.

Мой медведь.

— Дали, — прошептал он, — ты меня с ума сводишь, детка.

Тихий восторг. Прогнувшись, я перехватила у него инициативу и, облизав нижнюю губу мужчины, скользнула в его рот.

— Моя девочка, — простонал он. — Какая же ты горячая. Совершенство.

Грубая мозолистая рука заскользила от колена вверх. Калеб задирал подол ночной рубашки.

Молния на мгновение осветила лицо мужа. Его глаза лихорадочно блестели, в них словно в зеркале я видела себя.

— Дали, пожалуйста, — простонал он. — Я так долго ждал."

"Склонившись, я снова прижалась к его губам, не желая прерывать нашу опасную игру. Раскаты грома заглушали стоны.

На пол рядом с табуретом на одеяло опустилась розовым облачком ночная сорочка.

— Какая же ты красивая, — шептал муж, покусывая мочку моего уха. Я вслушивалась в каждое его слово, — Я так хочу тебя, Даллия. До боли, до умопомрачения...

— Я твоя, — тихо произнесла в ответ.

Он словно обезумел.

Сгорая в его объятьях, казалось, я отключилась от реального мира. Только его руки, губы. Его тихий шёпот.

Еле уловимый звук расстёгивающейся ширинки.

И жар, опаляющий тело и сознание.

Ухватившись за плечи мужа, я неосознанно приподнялась, помогая ему.

Резкая боль и мы замерли.

Задыхаясь в своём сумасшествии, я качнулась.

— Тихо, малыш. Тихо. Сейчас боль уйдёт.

Но я не слушала. Желала этого мужчину. Всего без остатка.