Заказывает черный кофе без сахара, я дублирую.

—Я по рабочим вопросам, Серый. Узнал, что ты открыл охранное агентство, своих парней тренируешь сам. Хочу свою группу к тебе устроить, ты в курсах, как оно должно быть, а мой человек уехал в штаты, остались у разбитого корыта. В государственные идти не хочу, а тюнинговать оболтусов надо. Ну что мне тебе рассказывать…не первый год ведь варишься в этом, так что сам понимаешь.

Серый прищуривается, на меня смотрит не моргая.

—Ты ведь со мной контактировать будешь. Не боишься?

—Чего?

—Ну так я буду ближе к твоей семье, которая пополнилась аж на двоих, с чем тебя и поздравляю, — произносит бесцветным голосом.

В курсе, да. Кто ж не в курсе, что у Архангельского двое пацанов? Все в курсе, это была новость номер один.

—Я ничего не боюсь, Серый, потому что мы все это уже пережили. Что было, то прошло, а моя семья к работе не при чем.

—Вдруг ты загоняешься и ревнуешь. Всяко бывает. В любом случае, я спешу сообщить, что…Вика и правда была моей болезнью и зависимостью, больной и неправильной. Так что, если можно, я бы хотел извиниться перед ней, передай, пожалуйста. И чтобы ты там не думал разного…у меня появилась девушка. Другими словами, ты можешь не переживать ни о чем.

Девушка. Вот оно как…интересное кино. Киваю, ухмыляясь.

—Ты мужик, бля? Лично извинишься. Я не сова Гарри Поттера, чтобы передавать сообщения. Вот приходи со своей девушкой к нам на шашлык, там уже и извинишься. Кто старое помянет, тому и…

Но Серый и тут меня удивляет, припечатывая:

—Я ее еще не завоевал, чтобы по гостям вместе ходить.

У меня загораются красные огоньки в мозгу. Мы не по старой дорожке идем? Опять та, которая отказывает, а он на силу? Гештальт не закрыт, что ли?

—Не думай, что я снова туда же. Там другая история. Разберусь с одним ублюдком, и придем к вам в гости. Как пацанву назвали?

—Как скажешь. Нужна помощь — обращайся, ты знаешь, я без базара помогу, как и вся моя команда. А пацанва у нас: Илья и Олег, но пока они два геморра в моей заднице, ну и Вику доканывают. Сам в увале был месяц, не справлялись с женой, — смеюсь, вспоминая, как моя засыпала во время кормежки двух одновременно.

Благо у нас педиатр от бога, рассказала, как надо кормить двоих и не сойти с ума. Ногами к стене, на подушку и погнали: головки к груди и жрякаем, пацаны, мать не резиновая!

Если вы не знаете, что такое купать двоих детей, которые обосрались в унисон, то мне с вами не о чем говорить. Я вместе с тещей общий язык нашел во время таких купаний.

—Ладно, я думала о тебе хуже, чем ты есть, — процедила она тогда, удерживая Олежку, а я Илюхе попец начищал.

—Я хуже. Но вам меня любить необязательно ведь.

—Ой, не трынди, ребенка вытирай!

Душевная женщина она у меня, но все равно хорошо, что Вика в папку.

—А насчёт команды твоей: давай.