Народ улюлюкает, особенно дамы, и только моя Вика поворачивается лицом ко мне, поднимается на носочки и упираясь в губы шепчет:

—А наш папка все равно лучше…Мы вот уверены, — довольно улыбается и обнимает меня отчего я сам изнутри раздуваюсь как шар воздушный.

Вообще еще и подсвечиваюсь весь, потому что моя Архангельская беременная. Пару дней назад мы сделали все десять тестов, и все они показали жирный плюс, а какие-то две полоски. В общем, меня чуть не расплющило. Не думал, что вообще способен на подобные эмоции.

Думаю взять отпуск и махнуть куда-то со своей будущей женой, сразу после суда над Решетниковым, и после первого слушания по делу об аварии. В отношении друга…Я снова хочу воспользоваться служебным положением и додавить ему дело в область ПТСР. Не могу позволить пусть и бывшему, но другу, очутиться за решеткой. Да и Вика просила. Беременным отказывать нельзя, в конце концов.

Так уж вышло, что для Вики я могу сделать все и даже больше. Даже когда кажется, что это невозможно. Но знакомство с мамой Вики мне казалось вообще невыполнимой задачей, однако…я выполнил. Радости у матери моя рожа не вызвала, да и похер. Нравится или нет — ей придется терпеть, потому что я не Решетников. Я хуже.

—Может ему специализацию сменить? Стриптизером он явно станет звездой быстрее, чем спецназовцем, — смеется Вал, смех подхватывается и всей моей командой. Сегодня мы пришли посмотреть на то, как Мекс выполнит свой проигрыш.

—Ля, ну ему идет же, не?— хохочет Исаев, обнимая свое «пушистое облачко», как он сам ее называет. Хорошая девочка, с ней он расцвел.

—Та мы так-то все голые ничего смотримся, я думаю, — уверенно заявляет Фрост, и утт же слышатся отговорки.

—Не, не могу, я же женат…

—Да и я женат, у меня вообще ребенок.

И только моя Вика ломает стереотипы о ревности, и рубит свою «тему».

—А нашему папке слабо показать класс?

Она соблазнительно улыбается и прикусывает губу, бросая томный взгляд то на меня, то на сцену.

Прижимаю к себе извивающее манящее тело и посматриваю на то, какие выкрутасы на сцене творит Мекс. Да, он у нас точно акробатичный. Некоторые дамочки уже лезут на сцену, стягивая с себя платья. Пиздарики, товарищи.

—А что? Ты совсем ревновать не будешь, если я голый тут станцую?

—Ну почему сразу голый? Мекс же не голый, — возмущению Вики нет предела, а я до последнего гну свою линию. Серьезно? Тебе стриптиза не хватает, малыш?

Ну хорошо, я ведь тоже на слабо не куплюсь. Целую ее в распахнутые губы, провожу языком по нижней и отрываюсь, пихая в бок Фроста.

—Бдить, оберегать и никуда не выпускать, — он кивает и улыбается, непонимающе пялясь на меня, потом на Вику.

Вручив самое ценное своему ответственному сотруднику, поднимаюсь на сцену.