Но мне был привычен этот формат отношений. Я всегда получал ту женщину, что хотел. Женщина получала адекватную компенсацию. Ничего личного. Но Лена мне нравилась. Даже очень. Она выбивалась из вереницы всех предыдущих пассий.

Мотнул головой и сглотнул вязкий ком, неожиданно застрявший в горле.

— Ты всех так покупаешь? — не дождалась ответа на свой вопрос.

— Кто продаётся, — слова слетели с губ неожиданно, а Лена уже победно улыбалась.

Девушка нарочито медленно поднялась с кресла, и теперь пришла её очередь склониться ко мне. Заворожила мягкими, сладкими, как тянущаяся карамель, движениями. Один только её запах заставлял член напрягаться.

— Скажи, почему ты рванул в Москву… за мной? — хитрющая улыбка, самодовольная.

Можно было бы воспользоваться. Девочка-то молодая, неопытная. Но неглупая и явно заворожена моей игрой. Губы: сочные, влажные, возле моего лица. Она тоже играла! Кошечка, впоследствии обещавшая отрастить острые коготки…

— Я… — и сглотнул, чаще задышал, — ездил туда по делам, — стоял на своём: не будет Иван Беркутов под женщиной, сверху только.

Лена резко выпрямилась.

— Ты такой же, как… Вадим. Но при власти и деньгах. Только вот не на ту нарвался, мне твои деньги не нужны. Спи с ними, люби их. Мужик ты фактурный, любая будет рядом с тобой. Любая, кому нужны деньги! — и собралась развернуться.

Я остановил её за руку и встал.

— Лена, — только это мне и удалось вставить, девицу несло.

— Ты обещал меня не трогать… — прошипела она, и я резко разжал ладонь, выпуская её из своей, — привык покупать?! Вот тебе наш рабоче-крестьянский фак, — и подняла средний палец, — работать я у тебя за свою зарплату буду, не потому что я так в ней сильно нуждаюсь, слава небесам, отпала необходимость, а потому что Полиночка у тебя замечательная и ей требуется женская рука, ласковая, не хочу, чтобы он выросла такой… как ты! Так и знала, что ты извращенец. И ночевать я в этом доме никогда не буду. Ездить буду домой…

— Лена, это глупо очень, а вдруг Полине, что-то нужно будет?

Девушка тяжело вздохнула и отрицательно мотнула головой.

— Хотя бы сегодня, — предложил я, — куда на ночь глядя?

— Сегодня, — сквозь зубы пробурчала девушка, — но в нерабочие часы у неё будешь ты. Может, тогда у тебя будет немного меньше времени на… «нянь», — последнее слово прозвучало как женщина низкой социальной ответственности.

Девушка выпорхнула из моего кабинета, как пташка на вольные хлеба. А я, словно чокнутый, улыбался от уха до уха. Затем взял в руки телефон.

От лица Лены"

"Злая, я вбежала в себе комнату и тут же заперла её, с такой же злостью натирала своё тело мылом в душе и с остервенением чистила себе зубы. Каков нахал! Привык так себе покупать любую! Ничего! На мне обломится.