— Печально, что ты оказалась здесь, Ди.

— И опять не по своей воле, — усмехнулась я, хотя мне стало по-настоящему страшно. — Имей в виду, если посмеешь дотронуться до меня, я выцарапаю тебе глаза. А когда король узнает о твоем поведении…

— Его величество под арестом, — перебил он меня. — И вряд ли окажется на свободе.

Сердце мое забилось, но я постаралась сохранять хладнокровие.

— Он здоров? — спросила я холодно. — Ты видел его? Ты ведь его камердинер.

— Нет, не видел, — Жозеф подошел к нише и загасил светильник. — К нему никого не пускают, а в столице торопятся с коронацией наследного принца.

— Значит, мятеж — дело рук его высочества? — сказала я презрительно. — Не дождался, когда отец передаст ему власть по закону, решил идти потайными дорожками. А зачем ты гасишь свет? Я же сказала, что не позволю тебе…

— Когда выйдешь из монастыря, — сказал Жозеф. подойдя ко мне вплотную и понизив голос, — свернешь вправо. Там будет ручей, пойдешь вниз по течению. Тебя ждут и проводят до границы.

— Что?.. — я потеряла дар речи, а Жозеф уже снимал камзол и штаны, жестом предлагая мне переодеться.

— Ты приехал, чтобы помочь мне бежать? — я все еще не могла осознать этого.

— Я виноват перед тобой, — сказал он, подтаскивая мне сапоги. — Вот, пытаюсь загладить вину. К тому же, хочу заслужить благодарность небес, как ты сама сказала. Переоденься, а потом надо разыграть маленькое представление.

— Представление? — я никак не могла поверить ему. Вдруг он решил избавиться от меня каким-то хитрым способом? Я выйду из монастыря (если выйду), а там меня поджидают головорезы. Хотя… что стоило ему прирезать меня прямо здесь? Когда мы одни?..

— Переодевайся, — он почти силой стащил с меня рубашку и втиснул в камзол.

— А ты? — только и спросила я.

— А что они со мной сделают? — он передернул плечами. — Наложат епитимью и отпустят.

Я не стала играть в благородство и быстро натянула штаны. Сапоги оказались мне велики пальца на четыре, но если не бежать, то вполне сойдет.

— Кто будет ждать меня? — спросила я, застегивая пуговицы камзола до самого горла.

— Сэр Стефан и его люди, — Жозеф достал нож и проколол в ремне дырку, чтобы с меня не сваливались штаны, слишком широкие в поясе.

— Их послал король? — я не смогла справиться с волнением, и голос дрогнул.

Даже в полумраке, при свете луны, заглядывавшей в окно, я заметила, что Жозеф внимательно на меня посмотрел.

— Давай убежим вместе? — вдруг предложил он. — Бросим все Я выкуплю тебя отсюда, у меня кое-что есть в запасе. И убежим, Ди. Только ты и я.

Он осторожно положил руки мне на плечи, но я так же осторожно освободилась.

— Я хочу убежать, Жозеф. Но не с тобой. С тобой — никогда. Забудь про меня, а я про тебя уже забыла.

— Ты жестока, — сказал он, словно через силу.