Надежды, которые Анна Федоровна возлагала на прогулку, дабы отвлечься от дурных мыслей, привести себя в порядок, не оправдались. Она еще больше раскисла. И теперь, когда ее никто не видел, могла позволить «отпустить себя». На глаза навернулись слезы. Она смахнула их рукой, вошла в гостиную.

В просторном зале царил полумрак. Вопреки обыкновению — что неприятно удивило Анну Федоровну — в огромной комнате не горела ни одна лампа. Она медленно дошла до середины, помешкала и решительно направилась к бару. Выбрав из разномастной шеренги дорогих напитков бутылку кьянти, щедро плеснула себе в бокал и поднесла к губам.

— Ай-ай-ай! — насмешливо протянул мужской голос откуда-то из глубины гостиной.

Вздрогнув, как от удара, Анна Федоровна резко оглянулась, всматриваясь в полутьму.

— Кто здесь?! — срывающимся голосом крикнула она.

— Нехорошо… попиваете потихоньку… украдкой… как при маэстро… Володи нет давно, а привычка к тайным возлияниям сохранилась. Прискорбно, Анна Федоровна! — укоризненно заметил невидимый гость."

"Потеряв от неожиданности дар речи, с бокалом в руке она пошла на голос, в дальний угол гостиной.

— Мы здесь! — язвительно сообщил теперь уже не мужской, а молодой женский голос. — Холодно… холодно… теперь теплее… теплее… и вот-вот! Совсем горячо!

Наконец Анна Федоровна увидела мужчину в черной «косухе» с банданой на голове и молодую девицу, симпатичную шатенку в пестром, почти панковском прикиде. Они сидели на маленькой кушетке и страстно целовались. Оцепенев от ужаса, Анна Федоровна ошалело взирала на милующуюся парочку, которую, казалось, нисколько не смущало присутствие хозяйки дома.

— Кто вы? — наконец выдавила она. — Как вы сюда… Что вы здесь делаете?!

— Целуемся, — невозмутимо объяснила девица, первой отстранившись от своего дружка, и оба, как по команде, уставились на нее, нагловато скалясь.

Анна Федоровна хотела крикнуть, но не смогла.

— Поцелуй меня! — капризно потребовала девица, дернув дружка за собранные в хвост волосы.

— Котенок, меня как-то ломает… — засмеялся тот и кивнул на Анну Федоровну. — Она на нас смотрит!

— А ее не ломает тут втихаря надираться? — хихикнула девица, кивнув на бокал, который хозяйка дома все еще судорожно сжимала в руке.

— Кто вы такие? — К Анне Федоровне вернулось наконец самообладание. — Что вы здесь делаете?

— Все вам расскажи. — Незнакомец добродушно усмехнулся. — Хотя… а почему бы, собственно, не представиться для быстрейшего установления консенсуса? Прошу любить и жаловать, — он показал на девицу, прилежно вставшую в пятую позицию, — моя несравненная Дианочка! — Он послал ей воздушный поцелуй. — Ну а я просто Евгений.