Думаю, вы и так это понимаете, но на всякий случай скажу: за территорию не выходить. Можете отойти метров на десять вдоль берега, там есть место, где можно спокойно зайти в воду, искупаться, но не дальше. Второе: здесь сильное течение, поэтому держитесь берега, если решите искупаться. Третье: иногда здесь могут шляться местные, к ним не подходить, разговоры не заводить и не поддерживать. Нам нужно спокойно переждать бурю, а когда все уляжется, за нами приедут и заберут. Если видите что-то подозрительное — сообщаете мне. После обеда я покажу вам место, где вы спрячетесь, если к нам пожалуют незваные гости.

Ваша задача — сидеть тихо, не высовываться и наслаждаться вынужденными каникулами. Вопросы?

— Мы не можем снять номер в каком-то придорожном мотеле? Клянусь, я даже носа на улицу не высуну, — с надеждой спрашивает Настя, и Давид тут же жестко обламывает ее всего одним словом:

— Нет, — безапелляционно и холодно.

— Ну почему? Здесь ведь невозможно жить: жарко, комары всю ночь кусались, в доме жуткий запах, на тех кроватях кто только не спал, Давид! Там наверняка куча пауков. Господи, а вдруг, пока я буду спать, мне в кровать змея заползет?

— Нет, — повторяет Давид.

 — Но ты права: там слишком грязно, чтобы жить. Поэтому сегодняшний день посвятим уборке. Пойду наберу в ведро воды, а вы уберите со стола и начините выметать пыль.

Настя давится воздухом, закрывает и открывает рот, словно выброшенная на берег рыба. Она явно возмущена таким поворотом событий.

— Не собираюсь я ничего убирать. У меня маникюр, между прочим! — Ее лицо багровеет от злости, голос становится на несколько ноток выше. — Спасибо за завтрак, раз мы не собираемся никуда переезжать — я позагораю немного.

Сейчас самое лучшее время для этого!"

"Она гордо задирает подбородок, проходя мимо Давида, и идет к реке.

Мы с ним переглядываемся, Леонов пожимает плечами, я фыркаю.

— Уберу со стола, а ты пока принеси воды. Там и в самом деле слишком грязно.

Глава 34. Лера

Несколько следующих дней проходят абсолютно монотонно. На улице вовсю льет дождь, мы втроем весь день находимся в тесном пространстве дома. Ни телефона, ни компьютера, ни телевизора. Доходит до того, что мы начинаем играть в города, чтобы не сойти с ума.

А еще между мной и Давидом искрит напряжение.

Эти взгляды, полутона, улыбки, случайные прикосновения — от всего бабочки в животе трепещут, оживляя давно забытые чувства.

При Насте я держу с ним дистанцию. Сплю на отдельной кровати, не желая демонстрировать нашу близость и смущать ее. Правил приличия никто не отменял.

Давид не спешит ничего рассказывать, мы находимся в подвешенном состоянии, и неизвестность убивает, а запасы в холодильнике быстро кончаются.

Когда наконец-то погода улучшается, мы выдыхаем с облегчением.