– Три месяца – очень маленький срок. Нужно подождать хотя бы год.

– А мне кажется, чем раньше мы пойдем к врачу, тем лучше.

Розенберг поднялся с кровати и подошел к окну.

– Я так и знал, что ты начнешь этот разговор! – раздраженно сказал он, стоя к ней спиной.

– А что же делать? Я бы пошла сама, но обследование всегда начинают с мужчины…

Розенберг побарабанил пальцами по стеклу.

– Ладно, давай поговорим, – сказал он после долгой паузы. – Если не трудно, принеси вина.

Она соскочила с кровати.

– Тебе знакомо такое выражение «Бог не дает»? – спросил он, когда Диана вернулась с бутылкой и двумя бокалами.

 – Ты когда-нибудь думала о том, что это значит? Почему раньше не говорили «у них нет детей», а говорили «им Бог не дал»?

– В самом деле, почему?

– А потому, дорогая моя, что Бог знает, что делает. Раз он не дает детей, то так оно и нужно. Не стоит вопреки всему пытаться заполучить то, в чем тебе отказывает Бог, лучше смириться.

Диана взяла бокал и повертела его в руках.

– Что-то раньше я не замечала в тебе такой религиозности, – сказала она устало.

– Это не религиозность, а здравый смысл. Сама подумай: что хорошего нас ждет, если мы пойдем к врачу? Допустим, ты права и кто-то из нас бесплоден.

Пока это наша общая проблема. Но стоит нам сдать анализы и пройти обследования, она превратится в вину одного из нас. А поскольку у меня все-таки есть двое детей от первого брака и свинкой с гонореей я последние десять лет не болел, проблема скорее всего окажется в тебе. А дальше… Ты просто не представляешь, что тебя ожидает. Будешь ходить к гинекологу, как на работу, подвергаться болезненным и унизительным процедурам, пить гормоны… Растолстеешь… Но это ладно, внешность для женщины не главное. Все дело в том, что твои внутренние органы тоже серьезно пострадают. Печень станет хуже, чем у алкоголика. Спать мы с тобой будем не когда захотим, а в строго определенные дни, и это будет не удовольствием, а тяжелой работой. И работа эта займет много лет, потому что эффективных методов лечения бесплодия еще не придумали. О детях из пробирки можешь даже не заикаться. Этим маразмом я заниматься не стану.

Диана молча смотрела на него.

– Зайчик, давай не будем просить у природы больше, чем она нам дает, – продолжал Розенберг.

 – Если ты в принципе способна забеременеть, рано или поздно это случится и без всякого лечения. Ты скажешь: какой эгоист, у самого-то дети есть…"

"– Нет, что ты, – поспешно перебила Диана. – Я бы с удовольствием заботилась о твоих дочках, если бы они вернулись из Англии. И поверь, я бы справилась.

– Знаю, знаю, – улыбнулся Розенберг. – Но пока они вполне довольны жизнью, я летаю к ним не реже раза в месяц… Наверное, тебе обидно, что я тебя с собой не беру?

– Я все понимаю, – грустно улыбнулась она.