Эти идиоты-наркоманы не стали дожидаться, пока я добровольно выдам деньги и ценности, сразу врезали кирпичом по башке, так что если бы не врачи, последствия могли быть гораздо серьезнее. А так у меня останется маленький шрам под челюстью, да и его можно при желании убрать. Ладно, сегодня разберусь с твоим гордым обормотом, а благодарить завтра поеду. Хоть и говорят, что услуга, которая уже оказана, ничего не стоит. Но я им всем очень благодарен. Особенно этой сестричке… Хорошенькая она, я тебе скажу… – Розенберг мечтательно уставился в потолок, но тут же спохватился: – Так где сейчас находится мой дорогой будущий зять? Как честный человек, он обязан на тебе жениться, сколько бы денег у тебя ни было. Я доведу эту мысль до его помраченного сознания. А будет выпендриваться, так в дыню ему закатаю.

Мила улыбнулась сквозь слезы:

– Не думаю, что жених в кровоподтеках будет достойным украшением свадебной церемонии. Не хочет – не надо. Это его дело, на ком жениться. Правда, не езди.

Розенберг посмотрел на часы.

– Сейчас он, должно быть, еще в клинике.

– Да, и туда нет смысла ехать. Если главврач заметит, что Стас занят посторонними делами в рабочее время…

– А я скажу, что пришел к нему на консультацию!

– Да ты что! Для их главврача каждая платная услуга, оказанная помимо него, как нож в сердце. Нет, лучше позвони Стасу и договорись. Если он, конечно, захочет с тобой встречаться. Я сама звонила ему сегодня, так он сказал, что нам видеться незачем.

Розенберг хмыкнул, взял из вазы красное яблоко и энергично подбросил его несколько раз.

– Звонить не будем. Используем фактор внезапности. Я его подкараулю возле клиники.

– Ты что, мальчик – в засаде сидеть?

– Дочь, все очень просто! Пусть Миллер ему позвонит, скажет, что надо срочно повидаться, назначит встречу, а тут я! Внезапный сыч, помнишь, была такая рок-группа? Хотя ты еще маленькая, у вас другие кумиры.

Медицинский мир тесен. Дмитрий Дмитриевич Миллер, известный нейрохирург, был однокашником и другом Розенберга по институту. Одно время Розенберг даже мечтал, чтобы закоренелый холостяк Миллер стал его зятем, но Дмитрий Дмитриевич знал Милу еще ребенком и не мог относиться к ней как к взрослой женщине. Стас Чесноков проходил ординатуру в клинике, где профессор Миллер оперировал, и познакомился с будущей невестой именно благодаря ему. А недавно холостяцкая жизнь Дмитрия Дмитриевича закончилась, и, по доходившим до Розенберга слухам, он уже ждал первенца…

Розенберг тут же привел свой план в исполнение. Профессор Миллер не любил играть в шпионские игры, но отказать другу не смог и встречу назначил. До условленного времени оставалось около двух часов, и Мила с Розенбергом решили пообедать.