Уложив Диану на второй полок, Розенберг деловито парил ее, то разминал ей мышцы, то постегивал веничком. Потом выводил в сени. Они открывали дверь и с наслаждением вдыхали холодный ночной воздух, а замерзнув, радостно возвращались в банное тепло. Попробовали заняться любовью, но в парилке оказалось слишком жарко, а в сенях – слишком холодно.

Одетые в чистое белье, валенки с галошами и овчинные тулупы, они побрели в дом. На полпути остановились подышать.

Диана запрокинула голову.

– Смотри, какие звезды! Здесь они в десять раз больше, чем в Питере, правда? И так страшно, будто мы не на Земле, а на ракете летим. И куда мы залетим? Говорят же, что солнце скоро взорвется! Куда нас занесет после этого?

Розенберг засмеялся и крепко обнял жену, хотя ему мешал овчинный тулуп."

"– Земля – это не ракета, а наш дом, – ласково сказал он. – Дом под звездным небом. Солнце, оно, конечно, очень важно, но наш общий дом, как и всякий другой, питается любовью. Человеческая любовь – вот та работа, энергия которой дает в наш дом тепло и свет. И пока она существует, дом не опустеет никогда.

Они вернулись в дом и сели пить чай. И тут выяснилась удивительная вещь.

– Как же ты дни коротаешь? – спросила раскрасневшаяся после бани Диана. – Книжки читаешь? Или стихи сочиняешь?

– Когда свободное время есть, читаю, конечно.

– Так у тебя же теперь все время свободное! – засмеялась она.

– Ошибаешься, зайчик. Я ведь работаю.

– Работаешь? – Диана зевнула. – И где же это, позволь узнать? Неужели делаешь пластические операции местным красавицам?

– К счастью, мода на пластические операции сюда еще не дошла, – серьезно ответил Розенберг. – Я работаю в райцентре.

– Вот это да! – Диана даже присвистнула. – А как добираешься?

– А так же, как ты сегодня. Но это только в распутицу. Обычно на машине езжу. Через пару дней дорога подсохнет, и я тебя на станцию отвезу.

– Зачем мне на станцию? Я никуда уезжать не собираюсь.

– А как же твоя учеба?

– Так лето же на носу! А потом переведусь на заочный. Знаешь, что-то меня совсем разморило. Пойдем спать.

За деревенскими хлопотами лето пролетело быстро, осень случилась ранняя, а в октябре уже выпал снег. Нарядный белый покров на еще не опавших деревьях таял к полудню, но дороги подмерзли.

Диана вышла из дому и подставила лицо осеннему солнцу. Во дворе Розенберг менял колеса своего внедорожника на зимние. Помогал ему сосед, низкорослый коренастый мужичонка.

Она помахала мужу рукой и затопила печь. Сходила за водой к колодцу, поставила кашу и заварила кофе.

Розенберг вошел в дом, энергично вытирая тряпкой грязные руки.

Диана кивнула ему на постель, где уже разложила одежду на смену.

– Что ж ты сам возился? – упрекнула она мужа. – Дал бы ему не одну, а две бутылки.