Вы еще не могли решить, где будете ее оперировать.

– Именно. В результате я взял ее к себе в клинику, родственников вызвал, рассказал им все как есть. Они были против операции. Денег на лекарства не дали. Я вообще так из разговора понял, что они с нетерпением ждали, когда бабка помрет и можно будет унаследовать ее квартиру. Но шанс выжить у нее все-таки был… В общем, кое-как они на операцию согласились. Мы ее прооперировали, но она, как говорил один мой коллега, с нами не согласилась и умерла. Ну, а Галя… ты сама слышала… решила воспользоваться ситуацией, чтобы отомстить мне за то, что мы расстались. У моей клиники действительно нет лицензии на онкологические операции. У меня и морга-то нет, – фыркнул Розенберг. – Когда мы с Яном оказались с телом старушки на руках, то даже растерялись вначале. Потом вызвали «Скорую» и перевезли бабушку в морг. Там вскрытие сделали, диагноз злокачественной опухоли подтвердили. Но в мозгах родственников зародилась идея, что без операции старушка прожила бы еще долгую и счастливую жизнь. А там на самом деле такое было… Она уже задыхалась, ну максимум пару недель в муках бы протянула… Это действительно была операция по жизненным показаниям, понимаешь?

Диана кивнула и погладила мужа по руке.

– И если бы не эта… Если бы не Галя… Да, поступила больная на пластику, да, умерла… Такое бывает. У меня, правда, ни разу не было. – Розенберг сплюнул через плечо и суеверно постучал по столу.

– Но откуда эта твоя Галя узнала, что больная поступила не на пластику, а на онкологию? – спросила Диана. – Ведь по документам все нормально было.

– Она вместе с этим придурком Стасовым, которого я уволил, отслеживала все происходящее в клинике. Воистину: ярость сатаны ничто по сравнению с яростью отвергнутой женщины… А у Стасова, может быть, в клинике осведомители остались! Хотя вряд ли… Но какого черта я, дурак, его тоже в комитет устроил? – В сердцах Розенберг ударил ладонью по столу и стал раскуривать трубку.

Диана промолчала. Роль Стасова в этой истории ей предстояло осмыслить в одиночестве, без мужа.

– И что же было дальше? – спросила она.

– Дальше, как я понимаю, события развивались так. Галя узнала, что в результате пластической операции в моей клинике умерла пациентка, и начала копать. А потом вызвала родственников и дала им понять, что они могут подать на клинику в суд, выиграть его и срубить с клиники денег.

– Так может быть, тебе дать им денег без всякого суда? Попросту откупиться от них?

– Нет, зайчик. Если я сейчас предложу им деньги, то тем самым признаю свою вину в бабкиной смерти. Но я не виноват в ней. И Колдунов не виноват. Повторяю: это была операция по жизненным показаниям! – Последние слова Розенберг выкрикнул, заставив Диану вздрогнуть.