И…

Она оборвала себя, не узнавая собственный охрипший голос. Это спросонья. Конечно же, спросонья.

– Красивая… Значит, так. Я не прощаюсь. Береги себя эти дни, хорошо?

Лида медленно кивнула, уставившись куда-то Мирону в шею.

Смотреть в лицо, тем более в глаза, она была не в силах. У неё нет-нет да подкрадывался страх, что Мирон сейчас психанет и не отпустит её. Откуда росли ноги у этого страха – непонятно. Мирон не обладал взрывным характером. Контролировал себя.

Да и зачем она ему в целом сдалась – тоже тот ещё вопрос.

Мирон потянулся вперед. К ней. Лида задержала дыхание.

Он становился всё ближе и ближе… Потом выставил руку вперед, обхватил затылок Лиды, потянул девушку к себе.

Приблизился и поцеловал Лиду в лоб. Губы Мирона обожгли кожу. Он их не отнял сразу, задержал почти дружеский поцелуй. Только дружбой между ними и не пахло. С таким, как Скиф, дружить невозможно. Нереально просто.

Он слишком… самцовый, что ли. Слишком много в нем мужского. Начиная от взгляда и заканчивая фигурой, повадками, тембром голоса.

Мирон оторвался от Лиды, вернулся на место, нажал на кнопку, разблокировав двери. Потом вышел и открыл багажник. Лида вышла следом. Утро выдалось морозным, и девушка поежилась. В квартире тоже особо тепло не будет, хотя отопление и включили.

Мирон достал её сумку и протянул, слегка прищурив глаза:

– До встречи, красивая.

* * *

Она шла к подъезду. Не обернулась. Ни разу.

И правильно.

Беги, девочка… Туда, где тебе спокойно. Где тебе легко дышится.

Мирон, чувствуя, как в груди образовывается огромная дыра, сел за руль и постарался не газовать. Нечего пугать красивую и будить любопытных соседей.

У него дела.

У него важная встреча впереди…

На ней надо сосредоточиться.

А Лида…

Черт!

Такое ощущение, что он не домой её привез, а собственноручно всучил кому-то чужому в руки, и тот хрен теперь не выпустит Лиду из-под замка. Запрет и будет единолично наслаждаться её бархатистой кожей.

Мирон сжал челюсть.

Хватит!..

Лиде нужна передышка. Он это видел.

Он, сука, даже поэтому её не тронул в машине. А хотел… Кто бы только знал, как хотел. Откинуть сиденье, сорвать с неё долбаные штаны и войти в мягкое податливое лоно!

Но она спала. И она устала.

Поэтому пусть идет. Закрывается в квартире. Отдыхает…

А он придет. Чуть позже.

Ничего за эти дни с ним не случится. Повоет немного от тоски. Водки выжрет лишний пузырь. И только.

Заодно, может, и решит, что делать со своей «патологией».

Пока Мирон Скифский не в состоянии отпустить Лиду.

* * *

Квартира встретила Лиду тишиной. Узкий коридор, небольшая гардеробная. Рядом с последней стоял пуф, на который Лида поставила сумку.

Она дома…

Да.

Она выдержала. Сдюжила. Смогла.

Некоторое время Лида постояла с закрытыми глазами, уперевшись рукой в стену.

Всё хорошо.