И очень, очень тихо произнёс:

– Вон! Вон из класса, Том!

Том хотел было возразить, но тут же понял: с господином Ампермайером шутки плохи. Поэтому он быстро встал и вышел в коридор.

Господин Ампермайер постарался успокоиться. Он вдохнул, выдохнул, вдохнул и выдохнул ещё раз, расстегнул пуговицу на рубашке, выглянул в окно, снова повернулся к доске и сказал:

– Так, где мы остановились? Да, сколько будет семнадцать плюс двадцать пять плюс шесть?

Он написал на доске знак «равно», и тут послышался голос Тима:

– Но, господин Бамперфраер, чего это ты выпроводил из класса одного только Тома?

Господин Ампермайер застыл. Его рука словно приросла к доске, а голос Тима запел:

– Бамперфраер, вот так пузо —С два – нет, даже с три арбуза!Медленно-медленно господин Ампермайер повернулся к классу Он стал красный, как варёный рак.

– ВОН!!! НЕМЕДЛЕННО!!! – рявкнул он, выпучив глаза.

Тим в ужасе бросился бежать из класса.

После уроков Пауль поспешил к своему велосипеду. Он то и дело оглядывался, не идут ли за ним Тим и Том, но тех нигде не было видно. Пауль хотел уже ехать домой – и тут увидел обоих обидчиков у школьных ворот. Они стояли рядом с господином Ампермайером и директором школы, повесив головы. И вовсе не казались такими страшными, как раньше.

Пауль вскочил на велосипед. Ехать было так легко, словно кто-то подталкивал его, словно вдруг подул попутный ветер. Пауль закрутил педали, а Циппель запел в ранце:

– Сорок-миллион-в-квадрате-двадцать-тысяч-пять-нулей,Вот так глупость эта школа, в жизни не видал скучней!Сорок-миллион-в-квадрате-двадцать-тысяч-тридцать-пять,Том и Тим теперь уж точно не посмеют нападать!И Паулю показалось, что голосок поёт где-то у него внутри. Около ручья он притормозил и бросил велосипед. Вокруг никого не было. Он снял с плеч ранец, и оттуда выплыл Циппель.

– Уф! – Пауль, ухмыляясь, уселся на траву.

– Уф-уф! – Циппель сделал в воздухе сальто.

Пауль сиял.

– Это было так здорово! Теперь-то они оставят меня в покое.

– Я тоже на это надеюсь, – ухмыльнулся Циппель, – потому что… эта ваша школа… Кто это всё придумал? Семнадцать и четыре, шестнадцать и пять, то да сё, да как называется это дерево… Я-то думал, в школе во что-нибудь играют, как мы дома, только все вместе.

– Не-е-е, там нужно быть паинькой и учиться.

– Ох, – вздохнул Циппель, – я уже всему научился. Тестественно, я снова поеду туда, если буду тебе нужен, но лучше я останусь дома играть в водопад.

Дома. Внутри у Пауля всё сжалось. Что, если замок уже поменяли? Сегодня же пятница. Пауль похолодел. Но портить такой прекрасный день не хотелось, и он промолчал. Точнее, сказал только:

– Циппель, дружище, спасибо тебе! Ты мне так помог!

– Тестественно, – кивнул Циппель, – я для этого и поехал. Ой! Что это с тобой?"

"Пауль замер. Он увидел Тима.