Многие солдаты вообще впервые поднялись в небо, да еще на такое огромное расстояние. Оказалось, что самолёт сел точно на таком же военном аэродроме, с которого вылетали под Свердловском. Один в один! Те же самые ангары, замаскированные под холмы с травой. Такая же бетонная взлётная полоса. И точно такой же осенний лес с берёзками и кустарником. И так же моросил мелкий дождь. Только тёплый. В Свердловской области было намного холодней. Тимур с Раисом, да и все остальные прибывшие молодые советские граждане, почему то считали, что природа в ГДР должна разительно отличаться от лесов, полей и рек Советского Союза. И, не находя ничего интересного вокруг, кроме бетонной рулёжки и мокрого леса, бойцы начали спрашивать друг у друга: «Ну и чё? Это Германия? А где немцы?»

Всех построили в колонны около самолёта. Прилетевшие защитники Родины разделились на две половины по географическому вопросу: одни солдаты утверждали, что мы ещё в Союзе, под Брестом, и сели на дозаправку, а их оппоненты отвечали, что уже находимся в самой Германии. Солдаты стояли в строю, мокли, спорили и галдели всё громче и громче. Напряжение нарастало! А сопровождающие офицеры не отвечали на вопросы и только многозначительно улыбались..."

"И тут все увидели приближающиеся шеренги солдат в шинелях и с яркими чемоданами в руках. Это были дембеля! И хотя внешний вид демобилизованных в запас солдат был несколько потрёпан, армейская форма была такого фасона, что весь «мировой кутюр», если бы вдруг увидел такое групповое дефиле на военном аэродроме, нервно курил бы в самом дальнем углу земного шара. Тимур тут же вспомнил слова Рината, сказанные ещё в каптёрке спортроты: «В армии всегда встречают по одёжке, а уж провожают по такой одёжке...»

Чего только стоят шапки-ушанки! Маленькие, совсем не по размеру головы, усушенные на специальной болванке и отутюженные до формы квадратика, а после зачернённые лёгким прикосновением сапожной щетки, с красующейся посерёдке согнутой почти пополам начищенной до блеска кокардой. Это рукотворное изделие, не падая, держалось на затылке дембеля в нарушение всех правил земной гравитации. А брючки галифе, ушитые так, что задок парня, втиснутый в этот швейный шедевр, становился очень похож на мандолину и, казалось, может с треском лопнуть от лёгкого прикосновения! А дембельские сапоги с голенищами, плотно обтягивающими икры солдата, и заглаженные гармошкой правильной формы? А дембельские чемоданы в руках счастливчиков? Это были отдельные произведения военно-прикладного искусства в единственном роде! Эти две темы: дембельские сапоги и дембельские чемоданы солдат Группы Советских Войск в Германии — просто требуют к себе особого внимания и будут освещены немного позже.