Там, по заснеженным городам и весям, уже кипела жизнь - люди спешили кто на работу, кто по магазинам, и в воздухе витало предвкушение наступающего праздника Вершины года и скорой весны. Шумел и дворец - к празднику готовились и здесь. Тихо было только в Семейном крыле - королева и принцессы ещё не проснулись после вчерашнего шаманского обряда по возвращению сестры и ночных откровений, связанных с их матерью.

Только принц-консорт Мариан Байдек встал, как обычно, в половине шестого и отправился на зарядку с гвардейским отрядом.

Высветило солнце и крутые склоны гор Бермонта, пробежалось по снегам и хвойным лесам, разбрасывая радужные искры, по разноцветным ярким домам столицы и достигло медвежьего замка. На каменном плацу уже занимались берманские и рудложские гвардейцы, и отголоски зычных команд подполковника Свенсена долетали до окон покоев короля Демьяна. Он спал рядом со своей женой, и пусть она была сейчас мохната и четырехлапа - не было слаще ему сна.

Через полчаса он проснется, потрется щекой о холку супруги, вдыхая ее запах и подавляя желание обернуться. Поднимется, не моргнув глазом, воткнет себе в руку иглу из выданных шаманом Тайкахе, - и только выступившая испарина, на мгновение пожелтевшие глаза и мелькнувшие клыки покажут, как ему больно, - а затем пойдет заниматься нелегкими королевскими делами. Много их запланировано на сегодня. А матушка, леди Редьяла, будет следить за Полиной и обязательно сообщит, если она снова обернется в человека.

В столицу Блакории солнце пришло ещё позже. Король Гюнтер нехотя одевался, тяжеловесный и мрачный поутру. Его тоже ждали дела, и он мечтал о поре, когда старший сын вырастет, получит образование, и можно будет удалиться от дел. Гюнтер очень переживал смерть сестры, винил себя и Луциуса, и предстоящая церемония памяти не прибавляла ему добродушия. А ещё ему очень хотелось поделиться своим горем с Иппоталией - но он и так выбалтывал ей в постели слишком много государственных тайн, слушал советы, и его счастье, что он сам ее интересовал куда больше, чем его секреты или возможность влиять на управление страной.

Наконец, добралось солнце и до Маль-Серены. Высветило остывшее за ночь море, заиграло на серых волнах бледными пятнами, коснулось спины вынырнувшей из прохладной воды царицы Иппоталии. Сегодня она была не одна - с ней в море пошла наследница, Антиопа, - и две любимые дочери Синей набирались сил перед дневной церемонией. В этот день праздновали годовщину коронации Иппоталии, и всему семейству предстоял проезд по улицам и конные игры на огромном стадионе.

Перед тем как коснуться острова морской царицы, рассвет накрыл и Инляндию.