Заминка возникает из-за того, что между нами я чувствую явный холодок. Нет. Тут целая Антарктида между нами, которую возвел Камиль.

Он усмехается в ответ на мое несмелое “ты”. Поэтому я встряхиваю головой, и начинаю немного с другого, что первое приходит мне в голову:

— Почему ты мне не сказал об этом?

— А должен был?

— Камиль, — я смотрю с тревогой, как он снова выбивает из пачки сигарету и закуривает. Дым летит в мою сторону, поэтому я немного смещаюсь, — мы ведь поженились. Я многое думала о наших отношениях, но я не ожидала, что стану действительно настолько временным развлечением. Ты понимаешь, что я буду чувствовать, если… тебя не станет? Зачем ты так? Неужели нельзя было сказать об этом честно? Предупредить заранее?

— Что бы тебе это дало, цыпа? — медленно интересуется он, окидывая меня взглядом с головы до ног, и я понимаю, что не вижу в нем больше тех оттенков эмоций, с которыми он раньше смотрел на меня, — ничего. Я бы разошелся с тобой прежде, чем это случилось бы. И я терпеть блядь, не могу, когда меня жалеют. Ты сейчас занималась этим, пока шла ко мне. Нахрен мне это каждый день видеть?

Я его жалела?… да, черт! Это нормальное чувство! Почему он этого не понимает?! Я выдыхаю из легких ледяной воздух. Разговор кажется мне сложнее, чем я ожидала. Я ждала обвинений, оправданий, но не этого. Не равнодушия, с которым он со мной разговаривает.

Сделав несколько затяжек, Камиль тушит недокуренную сигарету. Ветер задувает мне под полы пальто, но, если честно, я даже не замечаю, что замерзаю.

— Давай-ка уходи, цыпа, — произносит внезапно Камиль, словно окончательно загоняя мне нож в самое сердце, — забудь все, что ты увидела, и езжай в свой дом. Закончим на этом. Окей?

Насколько же ты жесток, Камиль. Валя была права. Неужели в душе ты именно такой?"

"Я делаю к нему шаг, запуская руку в карман своего пальто. Черт, было бы разумнее сейчас же развернуться и уйти. Ничего ему не сказать. Действительно закончить с этим и постараться забыть про Камиля снова, или, хотя бы, оставить его навсегда в воспоминаниях таким — абсолютно незнакомым и холодным… Запечатлеть эту картину, где я ухожу, оставив его растворяться в толпе таких же незнакомых людей, запихнуть ее в архив и никогда больше не вспоминать, даже проезжая мимо этого места на такси.

Говнюк.

Вместо этого я зачем-то беру его за руку и вкладываю в ладонь тонкую полоску картона.

— Просто, для справки — ты станешь отцом, — выдыхаю я, — я сегодня узнала, что беременна. Ты соврал мне, когда говорил, что это невозможно… Можешь посмотреть на фотки с УЗИ — они лежат среди твоих документов. Вот теперь — прощай.

Я собираюсь было уйти, но Камиль неожиданно с силой сжимает мою ладонь. Мне не удается ее выдернуть ни с первого, ни даже со второго раза.