Человек в плаще с зеленой полосой перевел дыхание, поднялся на ноги и проговорил, отряхивая свою одежду:

— Благодарю вас, добрый господин! Если бы не вы, не знаю, что бы со мной было. Эти два мерзавца уже начали меня одолевать… назовите мне свое благородное имя, чтобы я знал, кому обязан своим спасением, чтобы знал, за кого молить Юпитера Капитолийского! Меня же зовут Гай Секвенций, и я — ваш вечный должник!

— Ты рано меня благодаришь, приятель! — возразил его спаситель. — Кстати, насчет моего благородного имени… ты слышал, как назвал меня тот коротышка?

— Кажется, он назвал вас Хозяином ночи…"

"— Вот именно.

Так меня и зовут здешние обитатели. Днем в Риме правит сенат и консулы, ночь же — мое время. Ночью здесь правлю я, точнее, мы с Малышом. Мы и наша владычица Венера Лабитина, покровительница мертвых. Конечно, есть еще Неспящие, ночные стражники, но они не могут быть сразу повсюду, а мы с Малышом — можем. Конечно, мы правим не во всем Риме, но в этих кварталах — точно. Так что если ты решился пройти ночью по этим улицам — будь готов заплатить мне законную дань.

— Я готов… я заплачу сколько скажете.

Ведь вы спасли меня от тех людей…

С этими словами он достал из складок плаща кожаный кошель.

— Скажите, сколько, и я заплачу…

— Я справедлив. Со всех, кого я встречаю на ночных улицах, я беру одинаковую дань. И ты заплатишь мне столько же, сколько остальные: ты отдашь мне все, что у тебя есть.

Хозяин ночи без промедления выхватил из рук жертвы кошелек и спрятал его под своим плащом, но на этом он не остановился: он ловко обшарил одежду несчастного путника и вытащил еще один кожаный мешочек.

— Ага, ты хотел это от меня утаить? — проговорил он грозно.

 — Ты видишь, Малыш, этот человек хотел обхитрить нас с тобой! Он не хотел заплатить нам положенную дань!

— Отдайте! Отдайте мне это! — воскликнул Гай Секвенций. — Это не деньги… это не нужно вам… прошу вас, отдайте!

— Не деньги? — Хозяин ночи усмехнулся. — По твоему лицу я вижу, что это — нечто весьма дорогое! Может быть, это драгоценный камень, изумруд или сапфир?

С этими словами он дернул шнурок, стягивающий кожаный мешочек, и вытряхнул на ладонь тяжелый металлический кружок с отверстием в центре.

При виде этого кружка лицо ночного властителя удивительным образом переменилось. На месте мрачной самоуверенности возник почтительный испуг. Он поднял глаза на Гая Секвенция и проговорил куда тише, чем прежде:

— Простите, господин. Я не знал, что вы — один из них… один из Хранителей Мудрости… если бы я знал, я не посмел бы поднять на вас руку… простите мое невежество!

Гай Секвенций облегченно перевел дыхание.

— Я охотно прощаю тебя. Только верни мне то, что тебе не принадлежит.