После чего коренастый, уразумев немой приказ, шагнул в угол комнаты и замер там.

— Я велел привезти тебя, чтобы спросить, — начал Рафик, спокойно глядя на рябого, — зачем ты убил моего человека? Я дал тебе все, что ты просил, я думал, что мы договорились. Но мы не договаривались, что ты убьешь его…

— Я просил тебя дать мне смелого и расторопного человека, который сделает то, что нужно, быстро и без лишнего шума, — заговорил человек с лицом, похожим на попорченную безжалостным временем античную маску, — ты же послал ко мне глупца и труса, мелкую шпану и вора. Я поставил перед ним четкую и простую задачу — найти нужную мне вещь. Он же не сумел справиться со слабой испуганной женщиной, он не сделал того, что мне было надо, он посмел юлить и оправдываться, прикрываясь твоим именем. Я убил его, потому что он неуважительно отозвался и о тебе, и о том, что дорого мне.

— Пусть так, — Рафик Самвелович на мгновение прикрыл свои выразительные глаза, — мой человек оказался не на высоте. Но это — мой человек, и только я могу решать, наказать его или нет. Я, и только я, могу приказать его убить или наградить! Ты превысил свои полномочия, а я не могу позволить, чтобы здесь распоряжался кто-то, кроме меня. Это моя территория.

Лицо рябого сейчас больше чем когда-либо напоминало попорченную временем античную маску, все шрамы и морщины были отчетливо видны. В душе его бушевала буря. Этот жалкий удельный князек возомнил себя невесть кем, он думает, что обладает тут, в этой дыре, неограниченной властью. И выставляется перед своими бандитами — говорит красиво, играет густым бархатным голосом, и жесты такие, будто перед зеркалом выступает.

Зеркало! Зеркало Мертвеца! Как бы оно сейчас пригодилось ему! Если бы дух, которого видел он в этом зеркале, согласился ему помочь… в последний раз… Но нет, связь прервалась. Неужели он погибнет здесь, так ничего и не достигнув?

Рябой человек поднял скованные руки и заревел:

— Ты! Ты! Помоги мне!

Это было так неожиданно, что Рафик Самвелович на секунду застыл на месте, удивленный, его телохранители действовали быстрее, они тотчас повисли на руках у рябого. И ослабили бдительность, поэтому не заметили опасности.

Мелькнула черная тень, раздались два тихих выстрела, словно кто-то откупорил две бутылки вина, и руки телохранителей ослабли. Рябой скосил глаза и увидел, что одна пуля попала в грудь левому мужчине, а другая пробила горло правому. Коренастый, его сопровождающий, выскочил из своего угла и палил уже в ту сторону, откуда были сделаны выстрелы. Но пули его никого не поразили, потому что там было пусто. Зато из другого угла вылетела пуля и попала коренастому в правую руку. Он выронил пистолет и схватился за плечо, чертыхаясь.