Они бежали за амулетом по крышам и чердакам, по подвалам и тайным проходам, казалось, что все так близко, а на самом деле… Он плохо знал этот город, помнил, что оставил машину на двенадцатой линии… кажется. Нужно обратиться к аборигенам, вот как раз один из них — смуглый коренастый мужчина показался из близстоящего гаража.

— Послушай, друг! — крикнул рябой. — Как мне на проспект выбраться?

Местный обитатель то ли не расслышал, то ли сделал вид, только он скрылся в глубине гаража. Рябой огляделся и решил еще раз попытать счастья, потому что не видел выхода. В этих дебрях можно до ночи крутиться, если местность не знаешь.

Он подошел к открытой двери гаража, сунул туда голову и крикнул:

— Эй, приятель, дорогу не скажешь?

Он слишком поздно заметил тень, мелькнувшую сбоку. Он попытался отскочить, но сзади уже накинули на него петлю на манер лассо и тут же толкнули вперед. Гараж был небольшой, машины в нем не оказалось, валялись какая-то ветошь и ржавые покореженные железки. Рябой завертелся на месте, пытаясь ногами достать того коренастого и еще одного — помоложе и похудее, но такого же смуглого. Но петля, обхватывающая грудь, затягивалась все туже, и вот уже ему стало трудно дышать. Тогда кто-то сзади сильной рукой подтянул веревку, так что стало совсем невмоготу и потемнело в глазах.

— Нормально, он слаб, как новорожденный котенок, — сказал голос сзади.

Коренастый подошел и сковал рябому руки за спиной, а молодой обмотал ноги цепью, после чего кто-то сзади ослабил петлю, и дышать стало легче.

— Кто вы такие? — прохрипел рябой, молодой наголо бритый парень кого-то смутно ему напоминал.

— Молчи, собака! — Парень толкнул его с размаху в грудь, и рябой с трудом удержался на ногах. — Ты ответишь за смерть моего брата!

С этими словами он достал нож.

— Я не стану убивать тебя быстро, — сказал он, подходя, — я буду отрезать от тебя кусочки и скармливать их крысам. Здесь, в старом районе, очень много крыс.

После того как едва не задохнулся, рябой соображал очень медленно, однако вспомнил, что бритый парень похож на того таксиста, которого он убил и толкнул машину в реку. Убил, потому что тот посмел не выполнить приказ, посмел спорить с ним, посмел говорить с ним неуважительным тоном.

Человек с лицом, похожим на попорченную временем античную маску, не прощал подобное никому, кроме господина Председателя.

Теперь же приходилось признать, что его переиграли. Он не дергался и не извивался, пытаясь освободиться, так как знал, что это бесполезно. Однако жаль будет, если он погибнет тут, в темном и пыльном гараже, от руки мелкого бандита.

Смуглый бритый парень подошел к нему, поигрывая ножом.

— Что, уже дрожишь? — спросил он, сузив глаза.