– Нет – положив руку на подросший живот, покачала головой, – я тренировалась спускаться с лестницы.

После этих моих слов Алеш закатил глаза и отошёл в сторону, чтобы оградить меня от своего ворчания. Молодой безликий считал, что я слишком спешу и перенапрягаю своё тело.

– Не знающему, что такое беспомощность, сложно понять нас, – улыбнулась седовласая девушка, – но будь осторожнее. Если Каил прознает, что ты беременная ковыляешь по ступенькам без этих своих деревяшек, ох и разозлится он.

Я только махнула рукой.

– Каил занят. Он достраивает мне зимний сад.

– О да! Он выходит просто восхитительным. Даже лучше моего. Итан вчера ходил посмотреть, что соорудил его брат. Вернулся озадаченным. И сам пообещал мне зимние теплицы. Сам, а раньше всё ворчал и не соглашался.

Я улыбнулась, но вдруг почувствовала странную боль, отдающую в поясницу.

Туда, где ещё совсем недавно заживали следы старой раны.

Испугавшись, побледнела.

Неужели опять.

Неужели тьма вернулась?!

Боль утихла так же внезапно, как и появилась.

– Амэлла, что такое? – Ниори подскочила и взяла меня за руку.

Испуганная, я только пожала плечами.

– Вартеса?! – Алеш подошёл со спины и коснулся моего запястья.

– С ней всё хорошо? – задала я ставший уже обыденным вопрос.

– Да, с Крисс всё замечательно, – он медленно кивнул.

Успокоившись, я, немного подумав, решила, что, скорее всего, и правда слишком уж переусердствовала со своими хождениями.

– Тебе не кажется, что рановато ты своим огородиком занялась, – поинтересовалась я у Ниори. – Снег ещё местами даже не сошёл.

– Лестра сказала, что сажают это именно по холоду.

Наша подруга любила гулять по ярмаркам и скупать нам кучу всего нужного, по её мнению. И если мне доставлялись кучи пелёнок и распашонок, то Ниори снабжали разнообразными семенами и саженцами.

Закутавшись плотнее в плащ, я наблюдала, как на втором этаже на балконе дома о чём-то разговаривают Эмбер и Томмали. Малыш Эм был уже на подходе, рожать она будет чуть раньше. А мне ещё месяц ждать свою малышку, а то и больше.

Мимо нас с визгом пронеслась ребятня. Мои многочисленные племянники гоняли мяч с детьми прислуги.

Это было так необычно для меня. Тут детей не делили по положению в обществе, играли всей гурьбой. Поймав одну из своих дочерей близняшек за подол платья, Ниори вытерла платком ей нос.

– До лета ещё далеко, милая, – сделала она замечание, – застёгивай плащ плотнее, чтобы не простыть.

Кивнув, девчушка рванула к остальным, только косички в воздухе взвились.

– А учить вы их когда будете? – поинтересовалась я. – Ведь возраст уже.

– Какой там возраст, – отмахнулась подруга, – я в их годы ракушки собирала, да бусики делала, чтобы на яблоки у торговцев обменять. У детей должно быть детство.