Сколько их было в том трюме, таких маленьких девочек, испустивших дух под тяжестью его тела? Десятки. Не трогал он лишь меня, опасаясь, что супруга учует кровь дочери. Не хотел лишних разговоров. Тварь, все еще дышавшая со мной одним воздухом. Убила бы, не задумываясь! Вонзила бы нож в его черное гнилое сердце, заставив заплатить!

Заплатить за все и сполна!!!

Хруст ветки заставил меня вынырнуть из сна. Рядом кто-то ходил и натужно хрипел. Но я не почувствовала тепла живого человека. Это был заплутавший мертвяк. Он прошел совсем рядом с камнем, у которого я лежала, и вышел из тумана. Я не успела особо рассмотреть его. Это определенно был мужчина, высокий и худой. Но какое мне дело до мертвых.

Полежав еще немного, я попыталась встать. Ноги не слушались. Вздохнув, снова поползла на животе. На руках, ступнях и коленях уже места живого не осталось, но боли за последнее время было так много, что я к ней как-то попривыкла.

И снова потянулось время. В тумане не было понятно день сейчас или ночь. Пару раз мимо меня проходили мертвые. Шли они в одном направлении из тумана туда, откуда пришла я. Были тут и иные жители, но на глаза мне они не попадались, я лишь слышала их пару раз. Но запретила себе даже думать о том, кто может тут скрываться. Постепенно мне становилось лучше. Туман залечивал мои раны. Медленно, но верно переставали кровоточить ступни и ладони. В голове прояснялось.

Устав, я снова подползла к очередному камню и, подтянувшись, села. Рука нащупала какую-то ткань. Подтащив к себе находку, опешила. Это была сумка. Из нее торчали тряпки и, порывшись, я обнаружила там настоящее сокровище. Сухари, яблоко и копченое мясо. Его было немного, но главное что оно было.

Сбоку раздался шорох.

Кто-то прополз совсем рядом с моими ногами, замерев, я отчетливо увидела змеиный хвост. Дыхание перехватило. Змей я жутко боялась. В пустыни, где я росла, их было великое множество и практически все ядовиты. Каждый день нам приходилось уходить в пески и ловить этих холодных тварей.

Иной едой в пустыни разжиться практически невозможно. Были еще и равданские колючки, но это отнюдь не милое растение приносило боли столько же, сколько укусы змей. А собрать нужно было много. Каждая послушница должна была вернуться в храм с полной корзиной колючек и с десятком змей, каждая из которых не менее метра длиной.

Мы возвращались все измученные и искусанные. Только быстрая регенерация не позволяла нам умереть в песках. Слабых девочек пустыня убивала еще в первые месяцы жизни там. Выживали лишь сильнейшие. Но даже годами вылавливая этих холодных тварей в песках, я продолжала испытывать страх при виде змей.

Снова хрустнула ветка, кто-то удалялся.

Посидев еще немного, я принялась грызть сухарь. Он был невероятно вкусным.