И оказывается, давно, - делает паузу, от которой Лерочка напрягается в моих руках. – Будем воспитывать их вместе, я одна не справляюсь, - чмокает невестку в щеку. – И да, объяснения я тоже охотно послушаю, - возмущенно фырчит на отца.

- Ох, силы теперь неравные, - смеется папа и по-доброму подмигивает Лере. – А скоро на вашей стороне будет серьезный перевес, - хмыкает многозначительно. – Хотя это еще вопрос, за кого отдаст голос младший Туманов, - подытожив хрипло, улыбается совсем как я.

Теперь в гостиной два идиота с довольным выражением лица. Хотя и Кузнецов недалеко от нас ушел – сияет радостно и к бутылке вина тянется. Трое на прием к психиатру. Только счастье не лечится. А вот мамы восприняли новость спокойно, будто все так и должно быть.

Осталось Лере сказать, а то беременяшка в неведении."

"- Какой еще младший Туманов? – растерянно поворачивается ко мне.

Она очаровательна, когда глупит. Хотя я и сам догадался не сразу, а только после намеков ее матери, которая сейчас давится смехом.

- Девочка, ты беременна, - сообщаю невозмутимо и уверенно, как гинеколог после осмотра. Главное, чтобы теперь беда в обморок не рухнула. Впрочем, держу я ее крепко. И так будет всю жизнь.

Глава 51

Валерия

- Девочка, ты беременна, - заявляет мне Алик с таким пафосным выражением лица, что я прыскаю от смеха.

Скептически смотрю на мужа, поглаживаю его по руке умиротворяюще. Совсем плох стал после общения с мамой. Может, на солнце перегрелся или с родителями успел выпить? Моему отцу отказать сложно. Кошусь на стол, за которым папа как раз склоняет Илью «отметить это дело», вздыхаю шумно и возвращаю снисходительный взгляд к мужу.

- Вы бредите, Альберт Ильич, - одними губами произношу, продолжая водить пальчиками по его кисти. – Хотите привязать меня ребенком? Обычно происходит наоборот, - хихикаю ехидно.

Очерчиваю выпуклые вены, легко барабаню по костяшкам и касаюсь обручального кольца. Останавливаюсь на нем, будто приклеилась, и не могу сдержать предательской улыбки. Но она слетает с лица, когда я боковым зрением вновь цепляюсь за Туманова-старшего. Он ведь изначально был против меня. Не верю, что изменил свое мнение. Скорее, притворяется при Альберте.

Инстинктивно жмусь ближе к мужу, ищу в нем опору и защиту. Крепче стискиваю огромную ладонь, нервно царапая кольцо.

- Продолжишь мне «выкать», получишь по губам, - чуть слышно цедит он и касается губами моей щеки. Невесомо, нежно, а меня пробирает до мурашек. – Но позже. После родов, - нашептывает, обезоруживая меня, пока родители общаются между собой. – А сейчас тебе можно все, - аккуратно целует возле ушка.

Вздрагиваю, словно меня прошибло разрядом молнии. Все тело горит и искрится. Моя реакция на Алика стала острее. Наверное, всему виной долгая разлука.