– Ты как, не против чуть-чуть поиграть.

– Да пошёл ты, – выплёвываю я, и на меня тут же обрушивается поток ледяной воды.

Я захлёбываюсь, дыхание перехватывает, а когда всё заканчивается, едва могу вдохнуть, потому что лёгкие сдавливает жутким спазмом.

– Как некрасиво посылать своего мужа, – заявляет Фредерик, всей своей мерзкой тушей возвышаясь надо мной. – Тебе нравятся мои игры?

– Какой же ты мерзкий, – хриплю я. – Отвратительная мразь.

В этот раз с пальцев императора срываются молнии, которые, мгновенно распространяясь по мокрой одежде, заставляют мое тело выгнуться дугой, а меня вопить от боли.

Когда отпускает, я даже не сразу понимаю, что теряла сознание. Лежу ничком на полу, пока глаза отрешённо смотрят на расписной потолок. Как иронично. А на нём как были изображены чёрные драконы, так и остались. Интересно, для чего это Фредерику?

– Думаешь, мои игры – это только для развлечения? – спрашивает жирный мерзавец.

Да. Именно так и думаю. Мне очень весело.

Хочу ответить, но сил мне хватает только на то, чтобы ухмыльнуться. Наклонился бы поближе, ещё бы плюнула в него.

– Эти браслеты на тебе – ещё одно гениальное изобретение эльфов, – отвечает сам себе Фредерик. – Ты не можешь расходовать свою магию, но твои эмоции, чувства и желания очень способствуют её высвобождению. Так вот. Ты сейчас стала живым накопителем. Когда её будет много, я сниму их и… сделаю то, что так давно желал. Возьму тебя и твою магию…

Меня выворачивает прямо под ноги Фредерику. Не то, чтобы я не могла сдержаться… Но я очень давно хотела это сделать.

– Стерва, – он успевает отпрыгнуть от меня, снова окатывая меня ледяной водой.

– Фредерик, – звучит откуда-то издалека знакомый женский голос.

– А, моя дорогая Алира, – елейные нотки в голосе императора звучат ещё противнее, чем обещание «зять меня». – Я ценю твою помощь. Ты, как и раньше, будешь занимать самое почётное место в моём гареме.

Еле-еле приподнимаюсь на локте. Я должна посмотреть в глаза этой твари. Узнать, есть в них хоть толика раскаяния, или у эльфийки просто нет ни души, ни совести. Она лишь бросает немного брезгливый взгляд в мою сторону, а потом поворачивается к императору:

– А ты всё так же самонадеян, – усмехается она. – Пожалуй, я даже не буду скучать по твоему гарему. А уж по тебе тем более.

С удовольствием наблюдаю, как вытягивается лицо Фредерика. Потом он сужает глаза и раздражённо смотрит на неё.

– Нет, Фредерик, это больше не сработает. Мы разрываем наш договор, – уголок её губ надменно поднимается, и, когда она качает головой, от сиреневых волос разлетаются в разные стороны искры. – Пожалуй, с драконом тебе придётся справляться самому. Но ты же уверен, что сможешь, правильно?

Слышу хруст – так сжимаются кулаки Фредерика.