Блочная пятиэтажка – карательная архитектура прошлого тысячелетия, напоминающая коробку. Рядом с ней пустырь и гаражи.

Машину оставлять в таком районе можно только на свой страх и риск. Но похер сейчас даже на мою девочку.

Ставлю у гаражей, сам топаю между ними к дому, указанному Крашем.

Как дальше будет, как искать стану то, что мне надо, не представляю. Я вообще не думаю сейчас, мне кажется, адреналин прет с такой силой, что мозги туманит.

Освещения ни хрена, и я тенью по грязи пробираюсь вперёд.

И неожиданно судьба начинает поворачиваться ко мне, для разнообразия, лицом, потому что впереди вижу то, что искал: машину Кошелева.

Она стоит между двух гаражей.

Глянув по сторонам для страховки, топаю ближе к тачке.

Осматриваю, трогаю еще теплый капот. Совсем чуть-чуть я опоздал… Но ничего, ничего.

Тачка стоит, к ней когда-нибудь выйдут…

Не буду думать, чем конкретно примутся заниматься Катя и Кошель в то время, пока я гарцую у тачки, не стоит еще больше распаляться, а то реально же убью.

Кошеля я не вижу, но слышу, как подходит сзади.

Понимание, что ждать не придется, наполняет злобной, бешеной радостью. Развернуться, сразу в рожу… Но держусь.

Сначала разговор. И Катя. Блядь… Инесса! Или кто она там?

Я спокойно поворачиваюсь к нему.

— Где Катя? — так, голос нейтральней, не показывать, до какой степени взвинчен, для такого придурка мое бешеное состояние — сладкая конфетка, поиграть, завести еще сильнее. Не боится же, подошел сам… Или не мог по-другому?

Я его всё равно ушатаю, тут без вариантов. Очень подходящее местечко для этого. В ёбанный хлам! Чтобы костей не собрал. До такой крепкой, пожизненной группы инвалидности.

Но не прямо сейчас. Потерпеть придется.

Чуть-чуть.

Кошелев, сунув руки карманы, с ядовитой ухмылочкой на губах обходит меня по радиусу, не приближаясь на расстояние удара, есть все же инстинкт самосохранения у придурка, становится с другой стороны машины.

— На работе, — пожимает он плечами в ответ на мой вопрос. — Я обещал ей работу, я её устроил.

— Стесняюсь спросить, кем. Хотя какая разница, — скалюсь язвительно я. — Тебе от этого легче не станет. Катя от меня беременна, говори, где она, иначе прямо тут пришибу.

У Кошелева от шока становятся круглыми глаза, а я продолжаю спокойно, рассудительно даже:

— Ты реально думал, что, сыграв со мной на деньги, сможешь развести меня с ней? — и, не выдержав, повышаю голос до рыка, — да нихуя! Я застолбил её! Где Катя?!

Кошель не отвечает, только ресницами хлопает.

И явно чего-то там варит в башке.

Серёга — пацан умный, и, чего бы я про него ни думал, осторожный. Какие бы виды он не имел на Катю, беременная она ему нахер не нужна. Ни в каком варианте.

Даже если такой же дебил, как и я, и вперся в нее по-взрослому, то должен понять, что место занято.