Вообще запрещала даже шмыгать носом, потому что сейчас вся покраснею, глаза опухнут и кому я такая буду нужна?

Я встала с кровати, положила газету на столик и прошлась босыми ногами до окна. Аккуратно отодвинула занавеску.

Вошла забора припарковалась машина Матвея. Мое сердце стукнулось о рёбра и я, не понимая, что делаю, просто пробежала к двери спальни, пересекла небольшой коридор и открыла входную дверь. Снег совсем чуть-чуть припорошил тропинку до калитки, возле которой стояла старая калина, которая понемногу сбрасывала алые свои ягоды на белое покрывало. Я выбежала из дома прямо босиком, наплевав и на снег, и на калину, ягоды которой как капли крови лопались под моими ногами. Я бежала, чтобы увидеть в калитке Матвея.

Увидеть и обнять. Повиснуть у него на шее, давясь слезами и захлёбываясь словами. Не слыша ничего, что было вне нас с ним, а только его усталый голос:

— Ульян… нашёл. Нашёл, — его голос дрожал, и я подтвердила:

— На этот раз нашёл.

Глава 35

В доме пахло сухим деревом и пылью. Я ходила по комнатам и смотрела по сторонам. Матвей привёз меня в загородный дом у Северного моря, одно из водохранилищ.

Муж купил его всего год назад просто как вложение, потому что земля здесь стоила дорого. А со временем ещё сильнее подорожает."

"Вся суматоха прошедших дней, мимолетная встреча с мужем, его дальнейший отъезд вопросам моего дела и Тимура, возвращение глубоко за полночь в ту самую гостиницу, дорога до родного города, покупка самых необходимых вещей и вот этот дом. Сложенный из строганных брёвен и внутри отдельный тоже деревом. Большой камин, который был напротив окна в гостиной. Несколько спален на втором этаже, две ванны, тяжёлая массивная лестница, которая поскрипывала, когда я медленно спускалась на первый этаж, пока Матвей спал. Он был больше нескольких суток на ногах и сюда, в небольшой посёлок, который уде укутался в снежную шубу, мы приехали со мной за рулём.

Я не могла прийти в себя.

Просто не верилось, что все это произошло со мной. С нами.

Большая просторная кухня готова была встретить хозяйку, и я тихо, стараясь не разбудить Матвея, набрала из фильтра в чайник воды, вытащила из холодильника скудный набор для завтрака в виде яиц молока и бекона. Стараясь не греметь новой посудой, осторожно все помыла и приступила к готовке.

За полупрозрачными шторами медленно падал наверно уже не первый и даже не десятый здесь снег. Я засмотрелась в окно и поняла, что внутри что-то с хрустом лопалось. Как будто ледяной шар, что сковывал меня, наконец-то пошёл трещинами, и я почти была готова поверить в чудо. Тем более до настоящего оставалось не там много, чуть больше месяца.

Тяжёлая поступь мужа, о которой наябедничала лестница.