— А ведь она нас спасла! — неожиданно в темноте раздался голос Марлин.

— О ком ты говоришь? — пробормотала Дебора, хотя все прекрасно понимала.

— О той девчонке с Суши. Причем она спасла не только нас, но и всех, кто был в общежитии. И еще она сохранила жизнь дракону нашего ректора. Его чуть было не разорвали на части, я видела это своими глазами. Но она вмешалась и…

Дебора молчала.

— Может, не стоит от нее избавляться? — произнесла Марлин.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что… Может, ну ее, эту заколку с платьем и задание Селии?

— Говори сама за себя! — резко оборвала ее Дебора, но Марлин не собиралась сдаваться.

— Хочешь, я отдам тебе все свои заколки? У меня их много, правда-правда! И платье можешь выбрать любое, я привезла несколько из столицы. Пусть не от мадам Фурже, но они тоже красивые.

Дебора какое-то время молчала, затем вздохнула.

— Спасибо за предложение, Марлин! Но я собираюсь выиграть это пари."

"— Твое право, — наконец, произнесла Марлин, и ее голос похолодел. — Поступай как знаешь, если уж тебе настолько нужна та… заколка!

Но дело было вовсе не в бирюзовом комплекте Селии и даже не в платье от мадам Фурже.

Дебора забрала во временное пристанище на третьем этаже последнее письмо из дома — не захотела его оставлять в разрушенной комнате. В нем мама сообщала, что дела их совсем плохи.

'Я рада, Дебби, что ты перевелась в Эльрен и сейчас далеко от этого кошмара! Потому что за две недели с твоего отъезда ничего в лучшую сторону не изменилось.

Наоборот, все стало только хуже.

Твой отец все так же в тюрьме, дожидается суда, и если не произойдет чуда, то его приговор будет суровым.

Помимо подложных документов и украденных ими самими денег, они собираются повесить на него еще и другие преступления, и мы ничего не можем с этим сделать!

Наш дом тоже вот-вот уйдет с молотка, чтобы оплатить работу адвокатов. Мы с твоим братом до сих пор остаемся в нем, надеясь на перемены, но все идет к тому, что мы потеряем все на свете, а твой отец, да хранят его Боги, может расстаться с жизнью'.

И все потому, что ее папа всегда был слишком честным.

Из-за своей неподкупности отец получил отличное место в таможенном контроле на острове Ньессен, откуда вел стационарный телепорт на Сушу.

Именно туда они и перебрались счастливой семьей — на Ньессен. Сперва дела шли хорошо, но папа напрочь отказался брать взятки, а заодно и закрывать глаза на творившиеся на острове беззакония.

А потом, когда он осознал размеры хищения из казны и еще то, что в это замешаны высокопоставленные чины, он сделал то, что был должен сделать. Попытался донести до властей и до короля.