Богдан улыбается сразу нам обеим и поднимется с корточек, шагая ко мне навстречу. Прихватив свой новый чемодан, Кнопка уносится в гостиную, оставляя нас друг другу.

У меня сбивается дыхание и учащается пульс до состояния неадекватного, едва между нами начинает сокращаться расстояние. Хотела сделать шаг к нему, но ноги словно вросли в каменный пол просторного холла.

— Ева, ты решила сегодня продолжить ровно с того момента, как мы закончили три дня назад?! — намекая мне, что пора прекратить играть роль подставки под колонну.

Ухмыльнулся мужчина и, кажется, даже облизнулся как кот на сливки и без хозяйки.

— Ну кто-то обещал большие комиссионные, а сам свинтил в прекрасную столицу, оставляя меня на растерзание этих полоскунов нижнего белья и многотонного завала в твоём же рабочем кабинете.

Улыбка Аренского обретает хищный оскал, а широкие ладони оплетают мою талию, чтобы рывком оторвать от колонны и впечатать в своё тело.

— Ммм… у мадам Шарфик претензии? — рокочет он в районе моей шеи, не целуя, а дразня своей отросшей щетиной и горячим дыханием.

— Мадам Шарфик?! — смеюсь я над своим прозвищем. — Как мило, но насколько я помню, ты не любишь этой моей привязанности к шарфикам.

— Почему же?! — тут же возмущается мой мужчина и наконец-то оставляет жадный поцелуй возле уха, что у меня разом слабеют колени. — Я люблю их снимать, рвать, чтобы добраться до вот этой шеи.

— Извращенец, — нежно шепчу я, путаясь пальцами в густых волосах на затылке, пока притягиваю его голову ближе к себе.

Мне всё мало.

— Какой есть и теперь весь твой. Смирись, женщина, — рычит Богдан за секунду до поцелуя.

И, наверное, вернись Эвелина к нам минутой позже, я бы кончила просто от напора его языка и губ.

— Мам, а когда будет ужин? Ой!

Первым опомнился Аренский, но и он не спешил, завершая наше объятие громким чмоком в мои губы с намёком на продолжение за дверьми спальни.

— Кнопка, привыкай. Я же Кощей Бессмертный, а чтоб моё бессмертие не закончилось раньше времени, мне нужны особые силы и чары, которые, как выяснилось, есть только у твоей мамы.

Эвелина смотрит на нас по очереди с самым серьёзным взглядом, обдумывая услышанное, а мне дико смешно и дивно. Вот откуда в Аренском просыпается эта бурная фантазия и любовь к сказкам?!

— Ладно, Дан. Договорились, но маму не обижать, — сурово выносит заключение моя любимая защитница.

— Да ты что?! Чтоб мне сдохнуть! — выдаёт очередной перл мой мужчина, а у меня уж и слов нет."

"Богдан шагает к своим двум чемоданам и большой термосумке, что я, по сути, только сейчас и заметила.

— Кто-то тут упоминал про ужин?! — подмигивая Эве, таинственно начинает он. — А что у меня есть в этой сумке?

— Что?! — тут же подхватывает игру дочь и мчится на помощь к своему Кощею.