Из своей квартиры она уехала в Мюнхен, что стало колоссальной ошибкой. Из своей квартиры она уехала в больницу, где потеряла ребенка. Такое ощущение, что собственный дом стал приносить ей несчастье. А у Ромки… у Ромки хорошо. И он рядом. Просто рядом — и хорошо.

Наверное, решать задачи по мере их поступления — не самый плохой вариант.

Ладно, если Рома привез ее к себе — значит, не против, чтобы она жила у него. Ну а Марфа сама — тем боле не против такого варианта. Даже «за».

Но не будет же она находиться целыми днями дома? В конце концов, это называется нехорошим словосочетанием «сидеть на чужой шее». Значит, надо снова возвращаться к вопросу трудоустройства.

Неприятный холодок пробежал по коже. Марфа вспомнила свою последнюю попытку устроиться на работу. Этого неприятного типа, который ее собеседовал, собственную тошноту, потом подсмотренную встречу Ромы с какой-то девицей — а ведь и в самом деле, кажется, клиенткой. Наверное, это и не очень важно теперь. Но именно в тот день, после того собеседования, все в ее жизни сломалось окончательно. И окончилось приемным больничным покоем.

***Как после этого снова заставить себя пойти на собеседование? Да-да, это у нее не банальная лень, это фобия собеседований! Себе любимой можно придумать миллион и одно оправдание.

Так. Надо дать себе время. Марфа после небольшого совещания сама с собой решила, что не больше двух-трех дней. Максимум — неделя. И что-то точно решить с работой.

А что решать с Ромой — Марфа не представляла. Ей казалось, что когда она лежала обнаженная под Ромой и слушала голос мужа — тогда все запуталось до состояния катастрофы."

"А теперь? Теперь что?! Марфа наклонила голову, потерла виски. Что между ними теперь?

Грех прелюбодейства.

Потерянный ребенок.

Ее любовь к нему.

Его… Что Рома чувствует к ней? Но попытка обдумать это привела к тому, что снова вернулся озноб. Она не готова об этом думать. Ей страшно об это думать.

Господи, нет. Только не это. Опять это «не-в-ресурсе-не-в-потоке-зато-в-депрессии»?!

В прошлый раз из этого состояния Марфу резко выдернул тот факт, что она беременна. А потом ребенка у нее забрали. И она проваливается еще глубже. Еще ниже.

Она слабачка. Она тряпка. Она инфантильная. Но она не вывозит.

Марфа резко встала и пошла драконить Ромкин телевизор на предмет сериалов.

Звук пришедшего на телефон сообщения застал ее на четвертой или пятой серии какого-то фентезийного сериала. На экране телефона красовалось фото раскрытого платяного шкафа. Ее шкафа — как с удивлением через несколько секунд осознала Марфа.

Роман: Выбирай.

Марфа: Что именно?

Роман: Ну это ты сама решай. В чем ты сегодня пойдешь в театр.

Марфа: Я не собираюсь в театр.

Роман: Значит, выберу на свой вкус.