— Она еще маленькая, чтобы спать самой, — роняю неуверенно.

— Между нашей спальней и детской есть дверь. Будем держать ее открытой. Подумаешь, проблема!

— Дверь? — переспрашиваю как дурочка.

— Ага, — фыркает саркастически муж. — Такая доска на петлях. Закрывается-открывается…

С издевкой водит ладонью из стороны в сторону. И добавляет с сарказмом.

— Хватит тупить, Крис. Глядишь, жизнь и наладится!

Вспыхиваю будто свечка. Подыскиваю такой же ехидный ответ.

Но мой новый муж, насладившись моей растерянностью, отворачивается к ребенку и восклицает благодушно.

— Вот и набережная, Лизок! Угадай, на каком кораблике мы поплывем?

— На этом? — машет в сторону оранжевого банана малышка.

— Не-е-ет! — смеется Матвей.

Улыбаюсь и я, с трудом представляя важного Шершнева верхом на надувном бревне.

— Знаю-знаю! — снова кричит дочка и подпрыгивает радостно. — На этом?

Показывает на небольшой прогулочный катерок."

"— Опять не угадала! — искренне веселится Матвей и, подхватив мою дочь на руки, велит. — Внимательно посмотри по сторонам.

— Ничего я не вижу, — фыркает обиженно малышка. — Хочу на банане покататься… папочка! — добавляет подумав.

Маленькая расчетливая свинка! — с горькой усмешкой размышляю я. — Вот как дети и животные безошибочно чувствуют, кто вожак стаи? И тянутся к нему, всем своим видом выказывая любовь.

Задумчиво разглядываю причал, стараясь тоже поучаствовать в игре. И изумленно охаю, увидев около соседнего причала пришвартованную белоснежную яхту, больше похожую на космический корабль. Да и буквы, горящие золотом по борту, говорят, что я не ошиблась.

«СОФИЯ»

28. Кристина

Яхта превосходит все мои ожидания. Даже в фильмах про миллионеров я не видела таких. Многоэтажная, словно дом, посудина вмещает в себя множество спален, бассейн и даже зал для приема гостей.

— Наша спальня, — по-хозяйски распахивает дверь Шершнев. В просторной светлой каюте замечаю только огромную, будто стадион, кровать.

— Ага, — лепечу, заглядывая, и тут же тушуюсь как дурочка.

Заниматься сексом — это одно. А вот спать вместе — совершенно другое. Это больше акт доверия, чем просто желания и страсти. Засыпать и просыпаться вместе. Чувствовать дыхание друг друга. Накрывать любимого мужчину во сне… Это все не про нас с Матвеем.

Может, все-таки договориться о разных комнатах и страстных свиданиях на нейтральной территории?

Но глядя на самоуверенного и гордого Шершнева, понимаю, что время для подобных заявлений прошло. Если Матвей сказал, что я буду спать в его постели, значит, придется смириться.

Но как?

Я не люблю его! Для меня он совершенно посторонний мужчина.