— Я дежурный диспетчерской смены, сэр! Вашу группу давно ждут, грузитесь в «шмеля» немедля, начальство про вас каждые десять минут запрашивает!

— А почему не связались напрямую?

— Говорят, срыв стандартной частоты… Ваш рапид включен?

— Ну да, — кивнул полковник и показал висевший на поясе прибор, на котором горел сигнальный огонек.

— Действительно включен, — пожал плечами капитан. — Значит, это у них что-то с частотной выборкой. У нас недавно начали срочное переоборудование, так не поверите, новые сервера выбрасываем, потому что вводится скоростной стандарт «трифик-четыре»! Только переучились — и снова переподготовка!

На челноке лязгнули бортовые створки, и на бетон разложился трап.

— Все, сэр! Идите! А как стартуете, я доложу, что вылетели!

— Хорошо, капитан, — кивнул Шепард и, повернувшись к своим, скомандовал: — Группа, на погрузку — марш!

Бойцы рысцой направились к челноку, а Шепард пошел следом. Ему не нравились все эти тайны, недосказанности, опасные экспромты и откровенные накладки. На что уж в корпоративных армиях экономили каждый ливр, однако даже тамошняя структура управления казалась образцово-показательной по сравнению с системой министерства обороны. А все почему? А потому, что корпоранты воевали уже много лет, а министерство обороны, почитай, никогда. В том смысле, что на памяти Шепарда ничего такого не случалось, а глубокая история не в счет.

В полминуты вся группа оказалась на борту, после чего трап сложился и створки встали на место.

— Всем пристегнуться! — приказал Шепард и сам взялся за трехточечный ремень. Судно было небольшое, значит, маневренное, ждать от него можно было чего угодно.

С громким хлопком запустились двигатели, корпус челнока вздрогнул, за бортом полыхнул огонь, но сейчас же угас, и ему на смену пришло равномерное шипение стартовых дюз.

— Внимание, мы стартуем! — прогремело в охрипшем динамике. — Всем, кто жует, — выплюнуть, всем, кто спит, — проснуться. Ну и так далее…

Шипение дюз перешло в рев, потом в грохот, и наконец звуковые эмоции перехлестнули даже зрительное восприятие, и челнок стартовал вверх, словно выброшенный из катапульты.

108

Четверть часа сильнейшей болтанки и перегрузок вперемежку с периодами невесомости закончились. «Шмель» вышел на орбиту, включил гравитационные соленоиды, и бойцы смогли наконец перевести дух и посмотреть в узенькие засаленные иллюминаторы.

С одного борта там была чернота с россыпью звезд, а с другой — зеленоватая поверхность планеты."

"— Вон они, вон! — задергался Марш, тыкая пальцем в иллюминатор и загораживая его головой. Ферлину было любопытно, куда тот указывает и куда смотрят еще шестеро из их команды, но ему следовало вести себя солидно — что нужно, покажут, а остальное его не касалось.