– Твои условия?

– Никаких парных диванов, обычный кинозал, где кроме нас и кресел будут еще и другие люди, а еще я хочу сырный попкорн и большую вишневую колу, – речитативом выдала и прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться.

– Ого!

– Угу!

– Тогда фильм выбираю я, – и большой палец его руки прикоснулся к моим губам, оглаживая их и сминая.

– Понятно. Значит будем ужасы смотреть, да? – закатила я глаза, не обращая внимания на то, что его пальцы опустились и слегка прихватили меня за шею."

"– Какая ты догадливая у меня, – и тут же притянул меня к себе максимально близко, замирая в ничтожных миллиметрах от моих губ.

Аромат пачули и кедра шибанул по рецепторам, а от чрезмерной близости мужского тела, нервы загудели, заставляя сердце биться чаще, – вот что, девочка моя. Ты сейчас пойдешь домой и всю неделю будешь думать о том, как я стану целовать тебя на заднем ряду кинотеатра. Ты будешь представлять, как я накручу твои шелковистые волосы себе на кулак и запрокину твою голову назад, до тех пор, пока ты в ожидании не откроешь свой сладкий ротик. И только тогда я прикушу сначала твою нижнюю губу, слегка оттягивая ее, а потом наконец-то попробую тебя на вкус. Снова. И на этот раз не будет никакого стресса. Договорились?

И пока Аверин говорил все это, то нежно, но крепко держал меня за шею и просто выдыхал каждое слово в мои губы. Мерзавец! Ладно-ладно, я потом такой стресс ему устрою, что ни один мозгоправ уже не поможет.

Вот только выбраться уже бы из этой машины и стряхнуть с себя эти противные мурашки, а еще вытравить тот странный жар из крови, что почти заставляет кровь в венах закипать и бурлить. Невыносимо!

– Договорились, – шепчу я томно, хотя самой хочется кричать, чтобы он катился в Ад со своими подкатами.

Бабам с Ходынки пусть чешет эту несусветную чушь! Ну ничего, скоро, уже совсем скоро он узнает настоящее лицо Ярославы Довлатовой.

– Ну вот и славно. А теперь беги домой, – потянулся и открыл мне дверь, а я тут же выпорхнула и со всех ног кинулась к воротам Евсеевых, а там тут же принялась отряхиваться и брезгливо отирать шею, рот и вообще все подряд.

– Опять пиявка покусала? – спросил Кир, сидевший на крыльце и дожидавшийся моего возвращения.

– Почти, – вздохнула я и поплелась к его Ауди, чтобы добраться уже наконец-то до своего дома. Как же мне все это осточертело! Вот прям до тошноты!

И снова неделя летела, срывая листья календаря. Учеба не оставляла времени на нервы и пустые сомнения. Но все равно, нет-нет, да я зависала, представляя себе, как все же это будет, между нами. И можно ли от этого как-то отбиться. Поцелуй с Авериным…Боже!

И все, тут же как ледяной водой окатили и мерзкие мурашки тут как тут, бегут по телу, туда-сюда-обратно.