Визжит, что-то пыжится сказать, но ее хватает только на мстительное:

– Ты…ты…

Усаживаю в кресло и начинаю флегматично менять постельное.

– Ешь, – тоном, не допускающим возражений, чеканю я, а потом заканчиваю и покидаю ее спальню.

Вот и все. Не хочет говорить? Ну ничего, подождем, а потом опять пойдем штурмовать неприступную крепость. Достал из сумки ноут и засел за учебу, чуть позже убрал ее посуду, померил температуру. Уже лучше и жаропонижающее давать не стал.

Еще спустя какое-то время отписалась Светлана, что не приедет и добавила подмигивающий смайл. Только что он мне, если, между нами, самая настоящая холодная война?

Легли спать и ночь эта была уже не такая как вчера. Видно, что и вправду ничего серьезного, быстро идет на поправку. Но я все равно спал урывками, прислушиваясь к тому, что происходит в соседней комнате и мерному стуку своего сердца. Глупое. Ясе так легко его обмануть. Думает, что если она рядом, то и все чудесно. Но как же оно заблуждается…

И новый день не принес нам ничего нового. После пар решил убить время и самому приготовить ей еду. Я умел. И вот уже почти все готово, осталось только дойти под крышкой, а в дверь кто-то звонит. Открываю – Светлана. Проходит и вопросительно поднимает брови. Смотрю в упор, и она все понимает. Это какой-то тупик. Снова прохожу в кухню и сажусь за остров, принимаясь тупо ждать, когда женщина навестит дочь и наконец-то покинет эти стены. А дальше я просто пойду туда и, хочет Яся того или нет, но она, черт возьми, будет слушать меня. Снова!

Да она заперлась от меня на тысячу дверей, но я должен постучать в них все, чтобы снова отыскать дорогу к ее сердцу. И доверию.

– Мама, перестань, – слышу я громкий голос Яси и, озабоченно вскакивая, иду в ее сторону, но уже почти у двери замираю, когда понимаю, что речь идет обо мне.

– Дочь, так нельзя, все имеют право на второй шанс, – сетует Светлана.

Топит за меня, Господи, уму непостижимо!

– О, у него он был, и он его эпично про…про…, – теряется с эпитетом, и я улыбаюсь против воли, – в общем, профукал, мама!

Не собираюсь подслушивать и снова поворачиваюсь, чтобы уйти, но на секунду медлю.

– Он же любит тебя, дочка.

– А я его нет. Не любила и не люблю. Ясно? И мне противно видеть его тут! О, Боже, как объяснить? Что мне нужно сделать, чтобы до всех вас это информация наконец-то дошла и усвоилась? Черт! Сколько раз мне необходимо сказать, что он мне не нужен? Любит он? Ну так мне его любовь не нужна. Не нужна! Это правда, мама. И мне плевать, что он будет с ней делать."

"А-1. Ранен. Убит.

И нет больше внутри ничего живого. Ни-Че-Го! Там теперь безжизненная пустыня. Без персонального солнца.

В мозгах колошматят флэшбеки, а легкие забивает стекловата. На ватных ногах разворачиваюсь и прохожу в комнату, ловлю ее взгляд.