ЧАСТЬ 41

– Альберт, вот совсем ни капли не смешно! В тебя только что стреляли, а ты все равно шутишь.

– Ой, белка, прекрати, а то я сейчас размякну и начну на самом деле себя жалеть и лить слезы. Ай, сука, больно-то как!

Виктория посмотрела на Альберта, тот боком лежал на кушетке под ярким светом ламп хирургического кабинета, сзади двое докторов обрабатывали небольшое отверстие, что проделала в его теле пуля, прошедшая навылет.

Вика поморщилась, подошла ближе, положив свою руку на кисть Альберта, он быстро взял ее в свою ладонь, сжал. Из всего, что произошло полчаса назад, Альберт так отчетливо и ярко помнит глаза девушки, в которых стояли слезы и тревога. Искренняя чистая тревога и боль.

– Все нормально, – прикрыл глаза на секунду.

– Тебя могли убить, ты понимаешь это? – сказала, а сердце в груди сжалось.

– Не убили же. Прекрати, не плачь. Мммммм….дьявол, это оказывается не так приятно.

Отпустил руку, чтоб не сделать больно, сжав кулаки. Вика отвернулась, отошла в сторону, поправила накинутый на плечи белый халат. В помещении отчетливо пахло лекарствами, сразу затошнило, вышла за дверь, прошла по коридору, прислонилась к прохладной стене лбом.

Они снова были в той частной клинике, скорая привезла именно сюда, Руслан долго ругался с бригадой медиков, что приехали по его звонку, потом угрожал, в конце дал денег. Ребята молодцы, привезли куда надо, оказав первую помощь.

Те пятнадцать минут что ехали, держалась, как могла, но было сложно. Сирена закладывала уши, начало мутить, крови почти не было, но Вике казалось, что Альберт залит ею с ног до головы, белая рубашка с алым пятном валялась в ногах. Казалось, что он сейчас должен лежать без сознания, а Фирсов лишь матерился сквозь зубы, но не мешал медикам делать свое дело.

В памяти, как вспышки, стали возникать события многолетней давности. Кровь, очень много крови, и девочка с длинными косичками, в желтом сарафане, сидящая в шкафу. Когда убрала руки с ушей, которые закрывала, чтоб не слышать громких выстрелов, и открыла глаза, просто сидела в шкафу, застывшая от шока, пока ее не нашли рано утром. Родители тогда снова пили, пришли друзья, она не убежала из дома, просто спряталась, а потом, когда Вика почти заснула в шкафу, были крики, выстрелы и тишина, лишь собака лаяла во дворе.

Сосед, отдыхавший в тот вечер в их доме, поругался с хозяевами, пошел к себе, взял ружье и убил пять человек. Его нашли у себя дома, спал пьяным, Вика не особо понимала тогда своим детским умом, что произошло, или просто сознание защищало ее и блокировало все эмоции и воспоминания. Но вот, как сейчас, ей виделось все так четко и реально, что становилось страшно.

– Виктория? Что с вами?

– Семен Маркович, добрый день, – Вика глубоко вздохнула, повернулась к мужчине.