Марат сидел на мягкой траве, рядом с Шамилем, и медленно перебирал в руках яркие кубики, пытаясь привлечь внимание сына. - Смотри, Шамиль, вот это синие, давай сложим их в башню, – ласково говорил он, стараясь поймать взгляд мальчика. Но Шамиль, погруженный в свои мысли, продолжал безучастно смотреть в одну точку, невозмутимый и отстраненый. Марат не сдавался, его голос звучал мягко и успокаивающе, он рассказывал сыну о саде вокруг них, о птицах, которые порхали среди цветов, и о бабочках, легко касающихся лепестков. Он словно надеялся, что эти истории, даже не услышанные, достигнут Шамиля на каком-то интуитивном уровне. Иногда Марат осторожно касался руки Шамиля, мягко поглаживая её или нежно взяв в свои. Каждое такое прикосновение было полно любви и заботы, словно через них Марат пытался передать сыну свою любовь. В его глазах отражалась глубокая привязанность к Шамилю, смешанная с тоской. Он смотрел на сына с такой безмерной любовью и надеждой, что это не могло оставить равнодушным. Сейчас Марат проявлял себя не как строгий или властный мужчина, а как заботливый отец, для которого благополучие его сына было выше всего. Глядя на них издалека, можно было ощутить всю глубину отцовских чувств Марата к Шамилю. Его терпение, его нежность и непоколебимая любовь к сыну, который жил в собственном мире, делали их связь особенной и трогательной."

"Это общение жесткого зверя со своим любимым детенышем оставило в моей душе теплый след, напомнив, что даже в самых трудных и запутанных отношениях всегда есть место для светлых моментов и что каждый человек несет в себе и свет, и тень. В тот вечер, оставшись одна в своей комнате, я, как и многие разы до этого, рассматривала свое отражение в зеркале. Но на этот раз мой взгляд зацепился за нечто, что вызвало во мне тревожное предчувствие. Моя грудь казалась необычайно пышной, и при малейшем прикосновении я ощущала боль. В голове начала зарождаться догадка, от которой мне становилось плохо. Я не осмеливалась даже произнести ее вслух, но одна лишь мысль о возможности быть беременной заставляла меня дрожать от ужаса. Мне казалось, что под ногами расступается земля. Все мои страхи, сомнения и неопределенность о будущем внезапно обрели новый, ужасающий смысл. Как я могла оказаться в таком положении? Что теперь будет? Что скажет Марат? Как отнесется Зулейха и остальные обитатели дома? Божеее …как я скажу ему? А может все-таки нет. Может быть, я хорошо начала питаться, ведь я ем столько деликатесов, мало двигаюсь. Может я просто поправилась. А месячные…Боже! Последний раз они были два месяца назад. Как я могла это упустить… как могла не заметить? Мне казалось, что мир вокруг начал кружиться.