– Нет, Платон, – сказала она мягко, но строго. – Никакой пиццы. У меня нет времени.

– Ну мам, – заканючил сын. – Ну пожалуйста! Я очень хочу пиццу! Прям очень-очень!

– Я же сказала, нет. Если ты так хочешь, сходим с тобой в другой раз. Сегодня дядя Антон приедет, ты забыл? Я же тебе говорила.

Я напрягся. Снова этот чёртов Антон! На эти два часа я дал себе забыть, что у неё есть другая жизнь, но теперь пришлось вспомнить. Сын воодушевился.

– Он мне машинку обещал! Такую… Которая мигает и сама двери открывает, – повернулся ко мне, – представляешь, пап?! Она ещё так делает, – он изобразил сирену.

Во мне закипала злость. Машинку он обещал моему сыну! Недомерок грёбаный!

Челюсти сжались сами собой, виски как тисками сдавило. Лиля положила ладонь сыну на плечо. Ярость и досада переполняли, но приходилось держать всё в себе.

– До встречи, Дим, – сказала Лиля. – Платон, скажи папе пока.

– Пока, пап, – помахал сын.

– Пока, – поднял я руку в ответ и изобразил улыбку.

Лилия

Антон приехал, как всегда, вовремя. По нему часы можно было сверять. Говорят, что пунктуальность – вежливость королей, но порой эта вежливость меня раздражала.

– Полотенце упало, – сказал он, взглядом показав на пол возле раковины.

Я засмотрелась на сына и не сразу поняла, о чём он. Антон встал и, свернув полотенце вчетверо, понёс в ванную. За полтора года я так и не привыкла к его педантичности, хотя, что уж, теперь он хотя бы перестал обращать внимание на раскиданные игрушки Платона и ополаскивать чашку, если после первой собирался выпить вторую.

– Вжжжж, – надувая щёки, изобразил Платон мотор автомобиля и прокатил машинку мимо меня. – Берегись! Все в стороны!

Машина воткнулась мне в ногу с такой силой, что я ахнула.

– Платон, ты что творишь?!

– Я же сказал! Ты аварию устроила, мам!

– Ты мне больно сделал. Машина у тебя игрушечная, а я нет. Пожалуйста, не забывай об этом и будь осторожнее.

– Хорошо, – потеряв былой энтузиазм, ответил Платон и пошёл в коридор."

"Чем старше он становился, тем было яснее – ему нужен отец, и не на два часа в неделю. Как бы я ни старалась, отца ему заменить не могла. Временами мне не хватало твёрдости, временами – решительности, и я боялась, что дальше будет ещё сложнее. Это маленького его было достаточно одёрнуть, а теперь мне не всегда хватало понимания, что делать с его упрямством. Дима тоже всегда был упрямым и любил поступки наотмашь. Он вечно бросал пиджак, где не попадя, и мог запросто налить шампанское в чашку, прямо как в нашу первую брачную ночь, когда случайно уронил коробку с фужерами, и они превратились в стекляшки. Посуда, к счастью, бьётся – так я тогда и решила. Как же, к счастью…

Прошлое

Лилия

Новое платье было очаровательное.