Многие дамы совершенно беззастенчиво используют мужчин, предполагая, что представители сильного пола созданы исключительно для того, чтобы ходить на рынок, возить тещу к врачу и, естественно, зарабатывать деньги. В качестве последнего аргумента в споре милые дамы заявляют:

– Ты меня совсем не любишь, – и мигом заливаются слезами.

И еще они отчего-то считают, что все мужчины животные, готовые пускать слюни при виде стройных ножек.

Довольно давно один из моих приятелей, Жора Трахман, попросил меня заменить его на одном семинаре в Литинституте.

– Ну, Ваняша, – ныл он, – всего-то полтора часа. Тема тебе хорошо известна, поэзия Серебряного века. Ну будь человеком, поболтай вместо меня со студентами, умоляю просто.

В конце концов я согласился и провел занятие вместо Трахмана. Причем даже получил удовольствие. Группа состояла из приятных юношей и девушек, искренне увлеченных поэзией. Вместо полутора часов мы, воспользовавшись тем, что пара была последней, проболтали два и расстались весьма довольные друг другом. Оставшись один, я начал собирать портфель, и тут в аудиторию влетела прехорошенькая девочка в мини-юбочке и затарахтела:

– Я первокурсница Галя Рыкова…

– Очень приятно, – сказал я.

– Вот хочу сдать досрочно ваш предмет.

Поняв, что девчонка путает меня с другим, я ответил:

– Это через Трахмана.

Секунду девушка смотрела на меня совершенно дикими глазами, потом выскользнула за дверь. Я сложил портфель и услышал робкое:

– Простите.

В аудитории стояла все та же юная студентка.

– Вы сказали, зачет через Трахмана?

Я кивнул.

– Согласна, – прошептала девочка, – можно прямо сейчас.

Бедный ребенок, очевидно, не знал фамилии Жоры и, будучи существом женского пола, искренне считал, что является желанным объектом для всех мужчин.

– Постойте! – раздался крик.

Я оглянулся. От сторожки бежала Лариса.

– Ну погодите, садитесь в мою машину.

Я влез в серебристую иномарку. Лариса скинула пальто, швырнула его на заднее сиденье и, облизав губы, пропела:

– Ванечка, вы необыкновенно привлекательный мужчина, а сиденья этого автомобиля легко раскладываются.

Ну вот, так я и знал. Бедняга полагает, что, став моей любовницей, избежит многих неприятностей.

– Ларочка, – мило улыбнулся я, – времена, когда мой боевой конь вздымался на дыбы при виде любой юбки, давно миновали. Вы очаровательны, но никаких чувств во мне не возбуждаете. Впрочем, если половой вопрос, простите за каламбур, стоит у вас так остро, могу познакомить с Геной Голиковым, он похотлив, как павиан.

– Подонок, – прошипела Лариса, пытаясь исцарапать мне лицо, – гадкая, мерзкая сволочь, вынюхивающая чужие тайны!

– Ларочка, – улыбнулся я, – если хотите, чтобы ваш муж ничего не узнал, есть только один путь.

– Какой? – нервно выкрикнула женщина.