Но, как ни крути, он был еще слаб для того, чтобы выдержать шумную компанию. Утомил его разговор, потому и в сон вдруг потянуло.

Бригадир уже засыпал, когда в палату зашла медсестра. Тяжелая темная и блестящая волна волос под стильной шапочкой, короткий халатик с расстегнутыми верхними пуговицами, стройные длинные ноги, соблазняющая походка от бедра. Выразительные глаза, правильные черты лица, обаятельно-игривая улыбка на пухлых, четко очерченных губах.

Глядя на это чудо, Спартак решил вдруг, что это Мартын прикололся. Заказал девочку, оплатил расходы, и теперь она играет роль медсестры-развратницы.

Но девушка всерьез собиралась сделать ему укол… Может, и не проститутка это. И не медсестра…

– Погоди.

Спартак нажал на кнопку лежащей под рукой рации, и в палату заглянул крепко накачанный Биток.

– Кто такая? – Кивком головы Спартак показал на сестру.

– Алла. Работает здесь.

– Уверен?

– Я проверял, отвечаю…

– Как ты проверял?

– Ну-у… – замялся парень. – С врачом говорил. С Аркадием Алексеевичем.

– Свободен.

Охранник вышел из палаты быстро и совершенно бесшумно. Уметь надо.

– А как он должен был меня проверить? – шаловливо, хотя и с легким упреком спросила девушка.

– Каком кверху.

Она была хороша собой, но Спартак не чувствовал в себе желания заигрывать с ней. Настроение не то. И спать она ему помешала, что раздражало его так же, как и ее вычурная пикантность. Ненатурально все, не по-настоящему. Будь он простым смертным, Алла бы не заигрывала с ним. А так он чуть ли не первый человек в городе.

– Ну вот, шутите, и то хорошо… Мне бы как раз вас «каком кверху» повернуть, но нельзя. Поэтому «каком книзу», если вы не против…

Алла приподняла одеяло, обнажила мягкую боковину, куда и воткнула иголку.

При этом она согнулась в поясе, и ее ничем не удерживаемая грудь вывалилась из разреза халата и разнуздано глянула на него коричневым глазком. Но Спартаку не понравилось и это.

Когда Алла ушла, он вызвал Битка и велел привести врача. Ему и сказал, чтобы эта медсестра к нему больше не подходила.

Спартак должен был об этом пожалеть. И девушку обидел, и сам без романтики остался. Состояние скоро улучшится, настроение поднимется, а с Аллой можно не только флиртовать – возможно, она не прочь отведать чего-нибудь покрепче и погорячей.

Только сожаления почему-то не было.

Более того, Спартак снова почувствовал раздражение, когда в палату снова зашла медсестра. Он засыпал, сознание туманилось, а тут опять двадцать пять.

– Что такое? – недовольно спросил он.

И только тогда понял, что это вовсе не Алла.

– Ты?!

Как будто вулкан в нем пробудился, кровь забурлила, жизненная энергия заполнила тело, как раскаленная лава – кратер с истонченными стенами. Взбудоражился он, завибрировал.