Я вернулась недели через три, а у меня сестра появилась. Как мама ухитрилась девочку на себя записать, я понятия не имела. Мамуля только незадолго до смерти рассказала, что она председателю колхоза условие выдвинула: или он помогает оформить Арину как удочеренного подкидыша, или мать расскажет его жене про кривые походы мужа направо и налево. Ну и все у нее получилось. Да, Арину родила я, но воспитывала ее моя мать. Я с ребенком пару лет провела, ждала, пока мамуле пенсию дадут. Как только это произошло, я на работу нанялась. Я очень хорошо к Арине относилась, но, наверное, у меня не было материнской любви.

Девочка мне как сестра была. Я радовалась, когда она вышла замуж за Иринарха и когда Антоша родился. Иринарх тогда уже Игорем стал.

Татьяна оперлась ладонями о стол.

– Ладно, вытащу из тьмы на свет правду. Не знаю, о какой коллекции вы говорите, не слышала о ней никогда. А вот про клад, который Никита Шныркин спрятал от большевиков, я знаю. Все женщины в моей семье за сто лет прожили. Бабушка моя, Анастасия Макаровна, родилась в тысяча восемьсот девяносто девятом году, она хорошо знала Никиту, помнила день, когда он к ней прибежал и взмолился:

– Настя! Посиди в моей избе!

Она удивилась:

– Зачем?

Сосед зашептал:

– Елизавету Федоровну с младенцем в Москву везу.

Если сегодня их не спрячу, завтра конец Радовым придет. Барыню убьют и крошку не пожалеют.

– Спрячь их скорей, – испугалась Настя.

– У меня переночуй, – попросил Никита, – Елизавета Федоровна не может все вещи с собой взять. Я ее багаж к себе занес, потом его ей переправлю. Сейчас, когда не известно, где она жить будет, неразумно с собой чемоданы таскать. На-ка тебе за помощь!

Сосед протянул Анастасии золотой браслет, она ахнула:

– Убери.

Дорогая вещь. Не надо мне награды за услугу.

Никита оставил украшение на столе и убежал. Настя пошла к нему домой и увидела в спальне хозяина чемоданы, на их ручках висели ключи.

Татьяна пригладила волосы рукой.

– Анастасия тогда была юной девушкой. Честной, но любопытной, как кошка. Когда она заметила ключики, не смогла удержаться, открыла один кофр. А там!

Татьяна-Питирима протяжно вздохнула.

– Бабуля мне сказала, что внутри в коробочках хранились разные украшения.

А кое-где просто драгоценные камни. Она очень испугалась, всю ночь не спала, тряслась, вдруг большевики в избу вломятся, ее убьют и сокровища украдут. Потом Никита вернулся и с новой просьбой обратился к Насте. Он ей рассказал, что в доме Радовых есть потайной ход, он ведет в храм, в подвал под алтарем. Никита чемоданы туда перетащит, а Настеньке надо постеречь в доме, большевики уехали, особняк разграбили, да вдруг вернутся в неподходящий момент. Анастасия честно ответила:

– Не хочу, страшно мне.