Стало даже любопытно, что за девушка может уместиться в такую коробку.

Крышка сползла с верхнего яруса. Показалась темноволосая макушка. Луч света скользнул по волосам и тут же задержался на груди и плечах танцовщицы.

Очень медленно, в такт музыке девушка начала подниматься. А Тит ощутил, как кровь мчится быстрее. Два блестящих треугольника с ниткой ничерта не скрывали женскую грудь. Кончики волос касались пышных полушарий. А две полоски спускались перекрестием на живот. Два ремешка поперек плоского, аккуратного животика.

Тим расплылся в широкой хищной улыбке. Он не понимал, что смотрит, не отрываясь, на эти ремни. И едва сдерживает нетерпение. Он хочет увидеть больше. Хочет еще!

А дальше – крутые бедра с таким же треугольником, ничерта не скрывающим. Тим мог поклясться, что это были самые охренительные женские бедра в его жизни.

– Твою мать! – прошептал Тим, когда увидел, как стройная бесконечно длинная нога взметнулась вверх.

Убойная растяжка у девчонки. Хотя, ей ведь положена именно такая. Она же стриптизерша.

Тим рухнул на единственный диван и продолжил пялиться на танцовщицу.

А со спины она была не менее красивой. Точеные косточки, к которым хотелось не то, чтобы прижаться ртом. Сожрать хотелось.

Тим ошалело моргнул. Тряхнул головой. Сжал кулаки до хруста и сам же заставил себя их разжать.

Что ж, он же не просил такого подарка. Подарок сам заявился к нему!

Девчонка дала себя рассмотреть. Двигалась в такт музыке. Извивалась, точно дикая кошечка. Тим прикипел взглядом к упругой попке. Ладная, аккуратная, аппетитная. Крохотный клочок ткани дразнил Тима, навевал только одно желание – трахнуть.

А девочка прогнулась так, что Тима сквозь зубы беззвучно выругался."

"И вдруг в длинных пальцах девушки оказалась черная плотная лента. В танце малышка приблизилась к Тиму. Ее лицо оставалось в тени, да и маска надежно скрывала. Но Архипов. уже понял правила игры.

– Нельзя смотреть?

Голос казался Тиму чужим. Но плевать. К чертям все. Нахрен!

Тим послушно повязал ленту на глаза. Рукой он успел перехватить тонкое запястье прежде, чем девушка отодвинулась от него.

Потянул на себя, заставил оседлать его бедра.

Играй, девочка! Раз уж вляпалась в такой вот подарочек.

Под жадными ладонями Тима оказалась горячая гладкая бархатистая кожа. Все воспринималось невероятно остро. Наверное, потому что он не видел ничего. Полагался на другие органы восприятия. Старший брат Марк как-то рассказывал, каково это – быть слепым. Вот и Тима сейчас чувствовал себя беспомощным, и одновременно, всемогущим.

Он притянул девчонку еще ближе. Еще. Заставил прогнуться так, что грудь оказалась в сантиметре от губ.

Ощутил, как на его плечи легли девичьи ладони. Надавили, отталкивая.

Тим сделал вид, что не заметил сопротивления.