Извини, что зря отвлекла тебя.

– Брось. Приеду завтра. Учти, буду с самого утра! Не смей спать до обеда.

– Слушаюсь, – я улыбнулась, зная, что подруга тоже сейчас улыбается. – Позвоню тебе позже.

– Окей. Целую, обнимаю.

Я вернулась к Натаниэлю и села рядом.

– Моя подруга – Эффи, хотела заехать, – пояснила я.

– Хочешь, чтобы я ушел?

– Не хочу…

Нэйт придвинулся ближе и бережно коснулся рукой моего подбородка, заставляя взглянуть ему в глаза.

– Можешь ответить на мой вопрос?

Я могла. Даже хотела этого. Нэйт вызывал невероятное доверие и, как ни странно, рядом с ним я чувствовала себя защищенной. Он источал мощную энергетику, как будто подавал сигнал: «Говори, поделись со мной, я решу все твои проблемы, я помогу». И казалось, если я разделю с ним свою историю, мне станет легче. Поэтому, собравшись с мыслями, я начала:

– Помнишь, когда мы впервые встретились? Я стояла на обочине посреди ночи и пыталась поймать машину. В ту ночь я поняла, что сыта по горло. Мы с Алексом – теперь уже моим бывшим парнем, тусовались в клубе в компании его друзей. Половины я даже не знала. Все были пьяными, обдолбанными. Вели себя мерзко. Меня тошнило от них, от всей атмосферы. Я хотела уйти. Но Алексу было не до меня – он развлекался на всю катушку. В общем-то, как и всегда. Он бы ни за что не покинул заведение, где купался в лучах славы. Где все наиграно восторгались им. Где такие же слащавые девицы и парни вешались друг на друга без разбора. Алекс упивался весельем, а мне хотелось блевать. Все осточертело.

Я сделала глоток кофе и поморщилась от своих же слов. Я словно опять оказалась в том злачном клубе среди «золотой» молодежи, ловящей очередной приход.

– Почему-то только тогда я увидела картину целиком. Выглядело мерзко. И Алекс был центром этой элитной «помойки». Он получал такое удовольствие от происходящего, что мне стало страшно. Я смотрела на него и не понимала, что я там забыла. Что я вообще делала рядом с ним все эти годы. Мне хотелось бежать подальше. Бежать и не оглядываться. И я убежала.

Я подняла глаза на Нэйта, который ни разу не шелохнулся за все это время и даже не притронулся к своему кофе. Он лишь взволнованно взирал на меня, перебирая в своей теплой ладони мои пальцы. И это помогало говорить дальше:"

"– Пока все находились на волне эйфории, я улизнула из клуба. Обида накатила уже на улице. Не на него. Нет. На себя. За то, что столько лет я спускала свою жизнь на его театр, где он играл единственную главную роль, а я не годилась даже на самую посредственную. Я злилась на себя за то, что вообще ввязалась в это. Но ведь сердцу не прикажешь, верно? Я никого не хотела слушать, придумывала оправдания его изменам. Нужно было сразу же бежать. Но я оставалась с ним. И после первого раза, и после второго, и после тысячного.