Понимаю, что, если сейчас она не остановится, то потом уже не смогу остановиться я. Поэтому отрываюсь от нее. С трудом, но делаю это. Убираю руку с ее задницы.

– Нет, Лея, не наказывай меня так.

Она опять улыбается. Похоже, ей нравится мучить меня.

Я размыкаю ее руки у себя за спиной и отступаю на шаг.

– Думай о ребенке, – говорю уже строго.

А она, наоборот, делает шаг навстречу мне.

Улыбается и смотрит. А еще облизывает губы. Ну, точно провоцирует.

Опять обнимает меня и тянется к губам.

– Мать твою, Лея! – взрываюсь я. – Чего ты добиваешься? Тебе же нельзя!

Она хитро улыбается.

Опять облизывает губы и говорит:

– Можно.

– Что «можно»? – хриплю я и нервно сглатываю.

– Все можно, Егор. Врач сказал, что теперь даже полезно.

Я не сразу верю в услышанное. Но потому, как она улыбается, понимаю, что не шутит.

– Что ж ты сразу не сказала?! – рычу я и хватаю ее на руки.

Я бы трахнул ее еще в машине по пути домой. Но эта маленькая стерва решила продлить мои страдания. А своими поцелуями и облизываниями еще и усугубляла их.

– Сейчас ты будешь наказана, – шепчу я ей в шею и прикусываю ее.

ГЛАВА 58. Егор

В спальню я буквально вбегаю с Леей на руках.

Кладу ее на кровать и стягиваю с себя пиджак.

Нависаю над ней. Такой маленькой. Дрожащей от предвкушения.

Наклоняюсь и целую ее лодыжку. Потом иду выше. Задираю подол платья и целую уже под ним, приближаясь к трусикам.

Вдыхаю ее аромат и носом провожу по сладкой щелочке.

Ее аромат дурманит. Целую ее там. Пока через трусики. Сегодня я хочу попробовать ее на вкус. Но сначала мне самому надо снять напряжение. Чтобы не торопиться потом.

Лея тяжело и прерывисто дышит. Похоже, ей тоже не хватало этого.

Я в ней не ошибся.

Страстная и ласковая.

Отрываюсь от трусиков, перемещаюсь и тянусь к губам. Целую, играя с ее языком.

Мои губы скользят по ее шее, в разрез на груди.

Пора избавить Лею от всего лишнего.

Поднимаюсь и помогаю ей стянуть платье. Отбрасываю его в сторону. Туда же летит нижнее белье.

Освобождаю и себя от одежды.

Как только член оказывается на свободе, он устремляется вверх.

Яйца гудят так, что сейчас малейшее прикосновение к ним способно заставить кончить меня за считанные секунды.

Провожу рукой по ахуенному телу Леи, не задевая пока особо горячие точки.

Она смотрит на меня, закусив губу. Дрожит под моей рукой.

– Егор, – стонет едва слышно.

Ей тоже не терпится. Я вижу это. Похоже, это вынужденное воздержание тяжело далось не только мне.

Не буду мучить ее. Пока, по крайней мере.

Наклоняюсь и накрываю ртом сосок. Твердая горошина перекатывается на языке, скользит меж зубов.

Когда я легонько прикусываю ее, Лея выгибается и стонет.

Не могу больше терпеть. Приподнимаюсь и провожу пальцем между складочками.

Лея готова. Смазка буквально течет из нее.