Он как две капли воды был похож на их дом в Вайоминге, даже обстановка ничем не отличалась. Здесь все было, как дома, — до тех пор, пока не выйдешь наружу."

"Отец уже давно приглашал Касси приехать и подольше погостить на ранчо, но мать ни за что не разрешала ей отправиться в Техас одной, пока ей не исполнилось восемнадцать. Это произошло два года назад. Сама же Кэтрин Стюарт ни под каким видом не появилась бы на ранчо Чарлза Стюарта, разве что в самой чрезвычайной ситуации, если бы речь шла об их единственном ребенке. Вот уже десять лет она не видела своего бывшего мужа — с тех пор, как он уехал из Вайоминга — и не разговаривала с ним на протяжении двадцати лет, хотя первые десять лет после рождения Касси они жили под одной крышей. Их взаимоотношения — или отсутствие таковых — всегда огорчали Касси, но она никогда не позволяла себе вмешиваться в дела своих родителей. Ей так хотелось, чтобы они помирились, но ее родители ненавидели друг друга.

Вернувшись домой весной прошлого года, Касси рассказала матери о семействах Кэтлин и Маккаули, и о своей новой подруге Дженни Кэтлин, которая была младше ее на два года. В этот раз она застала Дженни в подавленном настроении, потому что та уже достигла возраста, когда пора выходить замуж, а единственные симпатичные молодые люди в округе — четыре брата — принадлежали к семейству Р. Дж. Маккаули и, к сожалению, были заклятыми врагами ее семьи.

Как жаль, что тогда Дженни заговорила о замужестве, упомянув одновременно о семейной вражде. Тогда у Касси мелькнула мысль о том, что, возможно, Дженни относится к семейству Маккаули совсем не так, как ее мать и старший брат. Именно поэтому она обратила внимание, как Клейтон Маккаули, самый младший из сыновей Р. Дж., пристально рассматривает Дженни в церкви и как молодая девушка вспыхивает каждый раз, чувствуя на себе его взгляд."

"«Вряд ли тебя удивит и то, что я умудрилась вовлечь в эту смертельную вражду и нас, Стюартов, по крайней мере, в моем лице. Папа еще об этом не знает, но вряд ли обрадуется, когда узнает. Я-то в конце концов уеду, но ведь ему придется и дальше жить с этими людьми после того, что я тут натворила.

Но прежде чем ты начнешь проклинать его за то, что он позволил мне вмешиваться в чужие дела, я должна тебе сказать, что его в то время на ранчо не было. Вообще-то, все это началось сразу же после моего приезда сюда, когда он еще находился здесь, но я ничего ему не рассказывала. А потом папа получил письмо от одного человека из северного Техаса, у которого он уже два года пытался приобрести призового быка. Этот человек наконец согласился быка продать. Не злись на папу и за то, что он оставил меня здесь одну, а сам поехал за быком.