А проснулась, когда небо уже посерело, предвещая новый день. Прислушалась к себе, решая, что же именно меня разбудило. Оказалось, что это голоса за закрытой дверью. Мои охранники суетились, бурно переговаривались за стеной. Наконец, дверь распахнулась и один из солдат предложил мне выметаться наружу.

Нет, мы так не договаривались! Мне сейчас отсюда точно никуда. Поэтому я стала вести себя, как ненормальная, вырываясь и голося, словно меня убивали самой страшной смертью, я просто хотела, чтобы Чарли, который находился где-то неподалёку, смог заметить и вовремя смыться. В дверном проёме появился третий солдат, тот самый, голос которого я уже слышала ранее, когда меня запирали в этой каморке. На его лице был надет платок, так, что на лице видны были только светло-голубые равнодушные глаза.

Он молча окинул взором голосящую меня и хмуро бросил, чтобы ребята пошевеливались, раз уж «гостей» сумели проворонить. Несмотря на то, что уже рассвело, ярко горели факелы, люди громко переговаривались и создавали суету.

Я внутренне похолодела – неужели, что-то произошло с Чарли? Если останусь жива, никогда себе такого не прощу. И завыла, тихо и тоскливо, на одной ноте, заставив главаря болезненно поморщиться:

- Ничего с твоим пацаном не случилось! Полежит немного, даже не простынет…"

"После чего выволок меня на улицу и криво посадил на лошадь. Я вертелась, желая рассмотреть место своего содержания. Ничего примечательного – рядом действительно была мелкая и быстрая речушка, так что мне не померещилось. Ах, чтоб тебя! Я поняла, что меня держали рядом с домом того странного мужика, что угрожал мне и даже чего-то вроде как пообещал…

- Ну, наконец-то! – глухо пробормотал главарь, который заметил, что я начала что-то понимать. – До тебя, как до утки – на третьи сутки!

После чего хмыкнул и подстегнул лошадей. Ребята, которые охраняли меня, следовали позади, проверяя, нет ли за нами погони. А она была – спустя какое-то время, солдаты заметили маленькую группу людей, следующих за нами. Расстояние было слишком большим для того, чтобы сказать с уверенностью, кто это был, но главарь решил не рисковать, а молча кивнул одному из сопровождающих, и тот остался в удобном месте, прикрывать наш отход.

Прошло ещё немного времени, и второй солдат решил остаться и задержать преследователей, насколько это будет возможно. Сил у меня уже не было, я просто мечтала о том, чтобы не свалиться под копыта своей лошади, и о том, чтобы из-за меня никто не пострадал.

У главаря же, казалось, настроение только улучшалось, он стал небрежно что-то насвистывать. Наконец, остановился перед возвышенностью, стащил меня с лошади и поволок наверх, изредка советуя шевелиться активнее.

- Почему ты не зовёшь на помощь? – поинтересовался мужчина, уставившись на меня.