Антон поднес аппарат к уху.

– Вы мне остались кое-что должны, – раздался в трубке знакомый голос.

– Я для этого и хотел с вами встретиться, – ответил Антон.

В голосе, помимо его желания, прозвучало суетливое беспокойство.

– Допустим. Подъезжайте через полчаса в парк Победы, к площадке аттракционов. Там я с вами свяжусь.

В трубке запели короткие гудки.

– Быстро снимай всех ребят с наблюдения, – скомандовал Антон, – здесь он уже не появится никогда.

Через минуту машина мчалась к парку Победы. По дороге Антон связался со своими и вызвал к указанному месту еще четверых со снайперскими винтовками.

Оставив машины у входа в парк, люди Реброва рассредоточились, оцепив площадку аттракционов. В зимнее время половина аттракционов не работала. Не успел Антон осмотреться, как мобильник снова зазвонил."

"– Подойдите к колесу обозрения, только один, без охраны. Подсядьте в мою кабину, там мы поговорим и рассчитаемся.

«Дожидайся», – подумал Антон, в глубине души понимая, что киллер и не ждет, что он согласится. Он поднял глаза на огромное колесо. Оно медленно вращалось, почти пустое, только в одной кабинке виднелась одинокая человеческая фигура.

Ребров схватил переговорное устройство и тихо скомандовал:

– Снайперы, быстро снять человека на колесе обозрения.

Выстрелы не были слышны – винтовки у снайперов были, разумеется, с глушителями, но Антон, внимательно наблюдавший за одинокой фигурой на колесе, заметил, как она дважды чуть дернулась. Было в этих движениях нечто странное, будто неживое, но Ребров в спешке не придал этому значения.

– Все по машинам! – скомандовал он.

И тут же снова зазвонил мобильник.

– Нехорошо, Антон Арнольдович, – произнес голос в трубке.

 – Вы ведь знаете, что с людьми моей профессии шутить опасно. Можно нарваться на ответную шутку.

Антон поднял глаза к колесу обозрения. Кабинка с одинокой фигурой как раз подплывала к земле. Антон почувствовал, что если сейчас утратит самообладание, то произойдет непоправимое. Усилием воли он взял себя в руки, лихорадочно пытаясь понять, как действовать дальше. Колесо остановилось, человек, сидевший в кабинке, не выходил и вообще не шевелился.

– Даю вам последний шанс, Антон Арнольдович, – сказал голос.

 – Подойдите к колесу, только один. Думаю, вы понимаете, что произошло недоразумение и нам необходимо договориться.

Антон представил себе, какую замечательную мишень он будет собой представлять – один на полупустой площадке, но нельзя было показывать, что он струсил. Охранник пытался было его остановить, но Антон нетерпеливо сбросил его руку со своего плеча. Подбежав к кабинке, он уставился на то, что принял за одинокую человеческую фигуру. Впрочем, ошибка была вполне простительна.