Его прошлое стремительно набирало сейчас высоту в почти что новеньком аэробусе, чтобы улететь навсегда. Алексею даже показалось, что он видит его в вечернем московском небе.

…Они стояли у выхода из зоны выдачи багажа, Сашка жался к матери и, не узнав отца, который был в парике с густой челкой, закрывающей шрам над левой бровью, и с усами, застеснялся и спрятался совсем. Сажин улыбнулся и, нагнувшись, взял сына за руку:

— Привет!

— Усы тебе не идут, — серьезно сказала Даша.

— А что идет? Пластическая операция? — подмигнул он.

— Надеюсь, до этого не дойдет. Здравствуй, Дима. Ты вернулся?

— Как видишь, — он крепко прижал к себе сына, который узнал наконец отца и пошел к нему на руки.

— Ты не понял. Я спросила: ты вернулся?

— Да, — сказал он твердо и наконец решился ее обнять."

"Так они и стояли вдвоем, обнявшись, с ребенком на руках, и не обращали внимания на суету в зоне прилета. Зимой в Италии был не сезон, но желающие побродить по солнечному Неаполю все равно находились. А некоторые приезжали сюда зимовать, на Амальфитанское побережье, где жила сейчас Даша. Сажину никогда не нравилось на юге Италии, и он не планировал здесь надолго задерживаться. Все надо начинать сначала. Встречаться с людьми, организовывать бизнес, возобновить тренировки…

Но главное — вернуть себе семью. Как только он потерял надежный тыл, все и посыпалось. Ему нужен сдерживающий фактор, чтобы не терять головы. Мнение, которому он доверяет. И это счастье, что Даша нашла в себе силы выслушать его. А уж он попытается убедить жену отменить решение о разводе. Отсюда, из Италии, они должны уехать вместе.

Эпилог

Прошла неделя. Алексей отъелся после того, как несколько дней перебивался одними только бутербродами, отоспался после пышных «похорон» Дмитрия Александровича Сажина и решил наведаться в «БуЗу». Он ожидал, что огромное здание опустело, спортивный клуб закрылся, оргтехнику вывозят, люди разбежались. Но, к его несказанному удивлению, в «БуЗе» жизнь кипела.

В огромном «аквариуме», юридическом департаменте, отделенном от основного помещения оргстеклом, царь Тигран важно прохаживался между столами, за которыми сидели погруженные в работу юристы. Увидев Алексея, Кочарян демонстративно отвернулся. К нему подошла знакомая Алексею блондинка и протянула папку с документами. Под понимающими взглядами сотрудников пара уединилась в кабинете начальника.

На втором этаже, где Алексей вышел по привычке, деловито сновали нагруженные папками работники бухгалтерии. В дверях Алексей столкнулся с розовой от волнения Вандой Бруновной Суве и спросил:

— Переезжаете?

— Расширяемся, — озабоченно сказала она. — Мне дали отдельный кабинет.

— Чайник не забудьте.